Страсть на грани

Радость от покупки усиливал тот факт, что Лера потратила на нее всего триста рублей, что не могло нанести значительного ущерба семейному бюджету. Вспомнив про бюджет, она невольно вздохнула, поскольку так и не смогла решиться воплотить в жизнь свою угрозу и подать на алименты. Впрочем, сделать это было все-таки необходимо. Ее зарплаты решительно не хватало, и хотя во время субботних поездок в супермаркет за продуктами платил всегда Олег, попросить у него денег на текущие расходы она почему-то не решалась.

Олег… Крутясь перед зеркалом в выстиранных вчера, пока его не было дома, обновках и предвкушая, что он скажет, когда ее увидит, Лера чувствовала приятное тепло внутри.

Оно всегда возникало, когда она думала о муже. За несколько месяцев он въелся в ее кровь, плоть и сознание так, что она даже не могла представить возможной жизни без него. Он был замечательный, и Лера искренне огорчалась, что бабуля никак его не примет.

Хлопнула входная дверь, горячая волна радости из груди поднялась выше, залила голову, заставив жарко раскраснеться щеки.

Муж вернулся с работы, и впереди у них — тихий семейный вечер, в котором есть место неспешным разговорам, возне с мальчишками, поцелуям украдкой и полному слиянию душ и тел, когда сыновья уснут.

— Ух ты, какая красота! — восхитился муж, войдя в комнату и обняв ее перед зеркалом. — Какая же ты красивая, Лерка! Я даже мечтать никогда не мог, что у меня может быть такая жена.

— Вы, сэр, льстец и болтун, — поддела она его. — У меня есть глаза, поэтому в твоих комплиментах я вижу какой-то скрытый смысл.

Ты явно чего-то от меня хочешь.

— Конечно, хочу, — согласился он. — Я корыстолюбив до неприличия. И очень надеюсь, что меня покормят, потому что мужчина, вернувшийся с охоты, всегда голоден. Кстати, я там, в прихожей, оставил мамонта. Разберешься с ним?

— Какого мамонта?

— Продуктов я купил, мне премию дали, — объяснил Олег, целуя ее в ухо, от которого тут же побежал ток к остальным частям тела. — Но список моих желаний этим не ограничивается.

Когда ты поджаришь мамонта, я, как твой господин, желаю выпить с тобой чаю, послушать, как у тебя прошел день, и потом возлежать рядом с тобой на кровати, осыпаемый щедрыми ласками. Как тебе такая программа?

— Сгодится, о мой падишах, — засмеялась Лера. — Ты будешь один есть или Степку с тренировки дождешься?

— А Антошка дома?

— Да, уроки делает.

— Тогда я пойду с ним повожусь, а ужинать будем все вместе. Нельзя нарушать семейные традиции.