Страсть на грани

Помещение мы сдаем на сигнализацию, и ночью она не срабатывала."

"— Кто вчера включал сигнализацию?

— Я, — подала голос Марина и бурно задышала в своем углу. — Я прошла по всем комнатам, ставни закрыла, свет погасила, потом пульт включила и двери заперла. В доме никого не было.

— А когда вы утром пришли, то сигнализацию сняли, все открыли и его нашли? — уточнил следователь, обращаясь к Татьяне Ивановне.

— Да. Получается, что он ночью проник в запертый дом, да так, что сигнализация не сработала.

— Может, он в подвале сидел?

— Подвал у нас, конечно, есть, но он заперт, — Татьяна Ивановна снова пожала плечами.

 — Там ничего не хранится, он пустой, поэтому мы как ремонт закончили, так его и заперли. Можете посмотреть.

— Ладно, мы все посмотрим, — то ли пообещал, то ли предостерег следователь. — А это первый случай, когда ночью в музей кто-нибудь влезал?

— Первый, — ответила Татьяна Ивановна, бросив быстрый взгляд на Марину. Ей вовсе не хотелось признаваться, что недавно они оставили здание без сигнализации, чем кто-то не преминул воспользоваться.

И в этом крылась ее вторая ошибка.

* * *Дмитрий Воронов Лере понравился. Бывший коллега Олега, а ныне полицейский был высок, строен и достаточно хорош собой. Больше всего Леру поразило выражение его глаз — безмятежных, как лесные озера. Было видно, что этот немногословный, основательный человек живет в полном ладу с собой.

Точный и четкий рассказ Олега он выслушал внимательно, не перебивая. Затем задал несколько уточняющих вопросов Лере и расслабленно откинулся на спинку стула.

— Итак, подведем итог. Ваш, Лера, дед нашел где-то клад. Вы предполагаете, что это был снятый с церкви в усадьбе Ланских изразцовый пояс, изготовленный прославленным мастером-ценинником Степаном Полубесом. Так?

— Да, — согласно кивнула Лера. — Если можно, давай перейдем на «ты».

— Давай, — Воронов кивнул, — согласен, так гораздо проще. Твой дед про свою находку говорить никому не стал, потому что боялся, что ценные плитки не удастся сохранить для потомков.

Клад он перепрятал, а после перестройки начал восстанавливать усадьбу, выбив ей статус памятника федерального значения, поставил директором твою маму, то есть свою дочь, вот только сообщить, где клад, из-за скоропостижной смерти не успел. И теперь этот клад кто-то ищет.

— Да, все правильно, — Лера снова кивнула. — Этот кто-то подбрасывает нам кроликов и павлиньи перья. А еще ударил меня по голове. А в самой усадьбе человека убили.