Страсть на грани

А вообще, дети — это счастье. И думаю, что твой муж об этом знает.

Расцеловав бабулю, Лера вышла на улицу, стараясь не расплескать состояние счастья внутри себя. Она ждала ребенка. Дочку. Маленькую трогательную девочку со смешными ямочками на щеках, пухлыми пяточками, умещающимися в ладошку, озорными глазами, похожими на глаза Олега. То хорошее, что вошло с его появлением в Лерину жизнь всего несколько месяцев назад, теперь давало всходы. Она чувствовала какое-то внутреннее освобождение от груза проблем, которые волновали ее до этого.

И понимала, что пересидит в декрете все возможные пертурбации с заводом, что теперь у нее хватит решимости отсудить у Игоря алименты, а главное, что она совсем-совсем теперь его не боится, этого человека, оставшегося в ее прежней, несчастливой жизни.

Она вздрогнула от резкого телефонного звонка. «Игорь» было написано на экране, и Лера два раза сморгнула, пытаясь убедить себя, что это наваждение. Бывший муж, как черт, всегда был помянут некстати.

— Да, — спокойно сказала она в трубку.

 — Да, Игорь, я слушаю тебя, что ты хочешь мне сказать?

— Нет, это я слушаю, что ты хочешь мне сказать, — яростно сказал голос в трубке, и она немного отодвинула ее от уха, чтобы истекающее через мембрану зло не могло нанести ей вреда. — Ты что, совсем спятила, мать твою? Ты на что детей подбиваешь?

— Игорь, ты о чем? — спросила Лера, изнывая от необходимости разговаривать с отцом своих сыновей. — На что я подбиваю детей? Они в деревне, у мамы.

— Конечно, они у твоей полоумной мамаши, крысы музейной, далекой от реальной жизни, как замшелый экспонат, пропитанный нафталином.

Не удивлюсь, если вся эта муть со сменой фамилии пришла в голову не тебе, а ей. Мало того, что ты посмела меня бросить, мало того, что, как последняя шлюха, легла под другого мужика, который, в силу своего тупоумия, зачем-то на тебе женился, так ты еще вместе со своей сволочной мамочкой пытаешься дать моим детям фамилию этого недоумка!

— Игорь, ты можешь сколько угодно оскорблять меня, но поносить последними словами мою маму и моего мужа я тебе не позволю, — кипя от ярости, сказала Лера.

 — Я не очень понимаю, о чем ты говоришь, поэтому будь так добр, членораздельно объясни мне, что случилось.

Оказалось, что Игорю звонил Степка. Спросил, не придет ли отец с ними повидаться, выслушал отказ и ссылку на важные и срочные дела, вытерпел пару нотаций. А когда дошло до жалоб на Леру, которая совсем утратила стыд и пытается через адвоката отсудить алименты, мальчик не выдержал.