Страсть сжигает все преграды

Ей нравился Джош. А она ему больше чем нравилась. Но когда дело дошло до критического момента, она перестала встречаться с ним. Потому что симпатия никак не собиралась перерастать в любовь или хотя бы в желание.

И тут появился Вито, а она превратилась в женщину, умиравшую от страсти. Сегодня ночью… сегодня ночью она дошла до самого предела. Она оказалась не способной думать ни о чем, даже о последствиях. И уже несколько лет она сидит на таблетках. Но на такой небольшой дозе, которая не может предотвратить беременность.

Эшли решила не рисковать. Завтра же она пойдет к доктору и попросит прописать ей противозачаточные пилюли. Это расстроит планы Вито на будущее. И он даже не сумеет обнаружить, почему ей не удается забеременеть. Ей придется быть очень осторожной.

— По-моему, несправедливо взваливать на меня такую обузу. Я не хочу встречаться с твоей семьей. У меня нет с ними ничего общего, и не понимаю, почему они хотят найти что-то общее со мной! — Нервное напряжение Эшли вылилось в раздражи тельность.

— Не будь смешной, — парировал Вито. Спор продолжался уже давно, на всем бесконечном, с «пробками», пути к дому семьи ди Кавальери. — Естественно, что перед свадьбой им хотелось бы познакомиться с тобой.

Эшли было неприятно участвовать в странном и кошмарном сюрпризе, уготованном Елене ди Кавальери. Старая дама, наверно, ни разу не ложилась в постель с сухими глазами с того момента, как сын начал ее обстреливать снарядами своих брачных планов. И больше того, Эшли вовсе не улыбалось получить еще один чек, всунутый в ее, как предполагалось, загребущую маленькую руку.

— Этот прием — идея моей матери. Почему тебя возмущает ее желание приветствовать твое появление в нашей семье и представить тебя некоторым из наших друзей? Уверяю тебя, организовать большой прием за такое короткое время совсем не легкое дело.

Почему же тогда Елена ди Кавальери взвалила на себя такое бремя? Эшли мысленно представила крохотную шикарную женщину, под хрупкой внешностью которой скрывался характер исключительно жесткий.

Эшли до сих пор поеживалась, вспоминая об их последней встрече.

— Я не хочу ее огорчать, — мягко проговорил Вито.

Эшли с трудом сглотнула и разгладила свое вечернее платье из шелка ручной росписи. Взгляд невольно задержался на обручальном кольце с бриллиантом, которое искрилось у нее на пальце и угнетало, как наручники. Прошлым вечером за ужином Вито подвинул, к ней коробочку с кольцом. И даже не улыбнулся.