Ее великолепные волосы рассыпались по плечам и ниспадали на пышную, высокую грудь. Богиня соблазна собственной персоной. Но тут Гейб вспомнил, что древнегреческая Ате в то же время и богиня бедствий, которая, ослепляя разум и сердце человека, запутывает его в преступление и подвергает бедствиям, проистекающим от его безрассудных поступков.
Все сходится.
— Идешь? — спросила она его голосом полным такого сладостного обещания, что Гейб почувствовал, что готов упасть перед ней на колени.
Глава 6
Этого оказалось достаточно.
Всего одно слово. «Идешь?» И он пошел, издав дикий глубинный звук, одновременно напоминающий рычание и возглас победителя. Истинный мужской клич.
Он подбежал к ней, схватил в объятия и завлек в комнату. В считаные секунды они оказались на кровати, упав на шелковое одеяло бронзового оттенка. Кэт, казалось, пыталась придать своему точеному лицу бесстрастное выражение. Но от Гейба не мог ускользнуть ни один нюанс: ни уязвимость в мерцающем блеске зеленых глаз, ни страсть, застывшая в уголках чувственного рта.
Он провел пальцем по ее векам, губам, скользнул вниз по подбородку.
— Так много противоречий.
— Ты видишь только это? — прошептала она.
— Ты хочешь меня.
— Это правда.
— Но ты не хочешь хотеть меня.
— И это тоже правда.
— Это лежит в основе наших отношений.
Дыхание Кэт замерло.
— Ты хочешь меня отговорить?
Черт! Нет! Но…"
"— Я не хочу, чтобы остались сожаления. Чтобы ты снова заговорила об обязательствах до того, как на твоем пальце окажется кольцо, — ответил он, удивляясь нежности в своем голосе.
По какой-то странной причине она пробуждала в нем именно это чувство. — Я хочу быть честным, Кэт.
— Не здесь. Не сейчас.
Ее комментарий очень удивил Гейба.
— Ты хочешь, чтобы я тебе соврал?
— Я бы хотела ответить тебе утвердительно, но боюсь, это будет ошибкой.
Он ее понял. Ведь он сам недавно предпочел мечту реальности.
— Вот что я скажу… Давай сосредоточимся на том, чего мы хотим, и забудем ненадолго то, чего не хотим.
— Мне бы этого очень хотелось, — произнесла она, но не обняла его, а слегка приподнялась на локтях.
— Что скажешь о еще одной сделке?
Он простонал, не зная, плакать или смеяться:
— Опять переговоры?
— Очень короткие. Похоже, единственное, насчет чего мы достигли согласия, — это насчет того, что нас физически влечет друг к другу. Как ты сам сказал, мы могли бы сопротивляться. Но, честно говоря, мы не можем противостоять этому влечению.
— С этим я не поспорю.
— Давай сделаем еще один шаг вперед.
