Посмотри, мой мальчик. Ты когда-нибудь видел столь прекрасную женщину? Никто другой не может заставить мое сердце озаряться радостью и пускаться в безумный пляс. Но ведь ты и сам переживаешь подобное с Катериной, да?
Вместо ответа, Гейб взял Кэт за руку.
— Твоя жена прекрасна, Примо. И похоже, напугана до смерти, — прошептал он Кэт.
— Уверена, ты завоюешь ее расположение и сумеешь прогнать ее страхи, — тихо ответила Кэт. — Защитишь от боли.
— Защитить? — повторил он, вздрогнув.
— Но ведь ты всегда это делаешь.
— Я пытаюсь, но…
— Она зла на своего сына, а не на тебя, — прошептала Кэт.
— И она боится, потому что не знает, как себя вести. Она боится, что ты причинишь боль ее семье. Она просто должна понять, что ты этого не планируешь. Ведь это так?
— Это зависит от некоторых факторов.
— Гейб… Я знаю, что значит потерять семью. Остаться одной. Совершенно одной. Я готова на все, чтобы вернуть бабушку в свою жизнь. — Слова, которые она говорила, резонировали такой обнаженной болью, что сам Гейб почувствовал, как его сердце сжимается.
— У тебя есть этот шанс. Умоляю тебя, не упусти его.
И тут Примо подтолкнул их вперед. Видимо, ему передалась волна беспокойства, охватившая его внука и его будущую жену, потому что он нервно затянулся в ответ сигарой. И в тот же момент взгляд нонны стал похож на грозовую тучу. Примо протяжно застонал и быстро вынул сигару изо рта, вдавливая ее ногой в ближайший свободный кусок земли.
— Как же я мог забыть? Мне здорово влетит, — пробурчал он.
— Мы поговорим об этом позже, почтенный джентльмен, — сухо заметила нонна.
— Когда мы останемся одни. Не хочу ронять твой авторитет в глазах… — Она замолчала, пытаясь подобрать правильное слово. Семьи? Друзей? Или врагов?
— Это Габриель, — представил Примо. — И его будущая жена Катерина Мэллоу.
Нонна слегка наклонила голову с идеально уложенными в пучок седыми волосами, внимательно изучая молодых людей выразительными карими глазами. В них читалась обида, даже злость, но что-то новое пробуждалось за первичной враждебностью.
Кэт смогла заметить в ее взгляде беспомощность и печаль, которые придавали чертам ее лица невероятный внутренний свет, который и делал ее столь прекрасной, какой она останется до своего последнего дня. Она пронзила своим взглядом Гейба и судорожно сжала губы. Но не из-за злости. Она изо всех сил старалась скрыть, как сильно они дрожат. И в подтверждение своей догадки Кэт увидела, как в глазах нонны появились первые слезы и медленно потекли по бледным щекам.
