Стратег

Сработали противодиверсионные группы настолько быстро и ювелирно, что никто из лидеров трех стран и их свита даже не проснулись, а наутро Сталин и император Хирохито за завтраком, со смехом и язвительными комментариями, рассказывали Рузвельту о попытке проникновения.

Но президента США поразила не та легкость, с которой были нейтрализованы лучшие специалисты трех стран, а то, какого взаимопонимания удалось достигнуть руководителям коммунистической России и императорской Японии. Ругнув непечатным словом своих политических консультантов, он улыбался и делал вид, что создавшаяся ситуация его тоже весьма забавляет.

Но император Хирохито, человек весьма искушенный в искусстве войны, кроме того, что подыграл Сталину на завтраке, вечером вызвал брата – принца Токамацу, и имел с ним двухчасовую беседу, в ходе которой узнал все нюансы проведенной операции, и что если бы его охраняли только японские подразделения, то ущерб от диверсантов наверняка был бы куда существеннее.

Сталин также пообщался в неформальной обстановке с Новиковым и в конце саммита, когда были подписаны все документы, а Рузвельт убыл на линкор, в торжественной обстановке вручил Набухито орден Ленина, а Кирилл совершенно неожиданно для себя получил из рук императора орден Хризантемы – высшую награду Японии, число награжденных которым не превышало трех десятков.

А всего по результатам противодиверсионных операций было поймано и частично уничтожено более шести групп. Французов, немцев, англичан и даже поляков с галичанами, которым очень не понравилось решение отдать Польшу и Галицию Германии.

Но главным результатом переговоров был полный уход военного флота США из тихоокеанского бассейна. Оставалась только береговая охрана и торговые корабли, которые не могли нести никакого вооружения. Таким образом тихоокеанская война была практически закончена, что позволяло императорскому флоту провести некоторую перегруппировку.

* * *Страшно хрустели под ногами сухие ветки. Казалось, что весь лес наполнился их оглушительным треском. А сзади, пока еще далеко, но неумолимо приближаясь, раздавался лай собак.

Лютый бежал уже из последних сил. Их боевка была уничтожена – напоролись на засаду. Вот ведь как чувствовал: еще когда вылезали из схрона, он зацепился ногой за лестницу и чувствительно приложился мордой в землю.