Стратег

– Товарищ восьмой? – Голос телефонистки, мягкий и грудной, казалось, проникает сразу в подсознание. – Вызов от товарища сто двадцать шесть.

– Соединяйте.

– Кирка, ты куда пропал? – Надя, не обнаружив мужа дома, решила узнать, где пропадает благоверный.

– Привет, солнышко. Да сначала был у руководства, а потом вот предложили посетить премьеру нового фильма. Может, присоединишься?

– Нет, милый. У меня ночные стрельбы, а потом утром вручение знаков отличия лучшим выпускникам снайперской школы. Ты к утру-то будешь?

– Наверное.

 – Новиков улыбнулся.

– Смотри там, сильно на артисток не западай, и больше трех за раз не охаживай."

"– Si, mio Generale![92] – Новиков повесил трубку и, извиняясь, произнес: – Жена звонила.

– Это телефон? – Дунаевский удивленно рассматривал трубку непривычных очертаний, из которой выходил витой шнур.

– Да. – Новиков кивнул. – Тоже, можно сказать, мое творение. Не сама идея, разумеется, а конкретная реализация. А мы, кстати, приехали. Надеюсь, меня с вами пропустят?

– Все шутите? – Композитор усмехнулся.

 – Хороший театральный администратор знает всех руководителей страны в лицо и поименно. Вы, кстати, предпочитаете где сидеть, в ложе или в партере?

– Да в партере как-то привычнее. – Новиков вышел из машины и, поправив папаху, повернулся к адъютанту: – Саша, машину, наверное, можно отпустить часа на полтора, пусть поест и заправится в наркомате, а сам давай со мной. А то мало ли кому в голову придет разыскивать.

– Слушаюсь, товарищ генерал-полковник.

В фойе было шумно и многолюдно. Мелькали роскошные московские дамы, и при кавалерах и без, много было людей в форме, и еще больше просто публики, неведомым образом доставшей пригласительные на премьеру. Администратор, сразу выкатившийся из своего закутка, торжественно вручил Новикову и его адъютанту билеты в директорскую ложу и, не слушая возражений, отбыл к месту службы, которое сейчас штурмовало не менее трех десятков страждущих приобщиться к искусству.

Дунаевского и Мейерхольда уже увели куда-то в недра кинотеатра, а Кирилл с Александром, сдав шинели и головные уборы в гардероб, прошли в буфет и основательно там подкрепились бутербродами и горячим чаем.

В меню, кстати, присутствовал не только черный, но и зеленый чай, что с радостью оценили несколько китайцев, поглощавших еду за соседним столиком. Вообще национальный состав был довольно пестрым, что отражало суть столицы как центра огромного многонационального государства.