Стратегический резерв

Главарь террористов и его ближайший помощник сели в «Ниву». Гристон завел российский внедорожник. Миллер выщелкнул из пистолета обойму с боевыми патронами, вставил в рукоятку магазин с патронами, имевшими вместо свинцовых пуль пластиковые ампулы с сильнодействующим снотворным. «Нива» не спеша пошла по Сиреневой улице.

Тремя часами ранее. Дача Андорина Профессор со своей помощницей, предупредив охрану о приезде академика, начали готовиться к приему гостя. Но в 20.00 неожиданно позвонил Стебрин.

– Да, Павел Алексеевич?

– Тысяча извинений, Игорь Викторович, но приехать не смогу.

– Если бы! Виктория, супруга закатила скандал. Она, оказывается, договорилась встретиться с подругой юности своей бурной именно сегодня вечером и ничего не хочет слышать об отмене этого визита. Уж как я ее уговаривал! Бесполезно. Так что придется остаться дома и слушать бестолковую трепотню двух идиоток. Кто бы знал, как мне это надоело.

– Я вас понимаю, Павел Алексеевич.

– Ради бога, извините и передайте мои извинения Марине Владленовне.

– Да все в порядке. Не последний день живем на этой земле, еще встретимся, посидим.

– Конечно, конечно! Но какова Вика? Я не ожидал от нее подобного упрямства. Хотя сам виноват. Надо было думать, когда брал в жены даму почти на сорок лет младше себя. Теперь расхлебываю. Плохо одно, полюбил я ее. Странно в моем возрасте, да?

– Ну почему же? Любви все возрасты покорны.

– Это еще бы Виктории понять. Но не буду портить вам вечер. Уверен, вы и без меня проведете его прекрасно. Как я вам завидую! Еще раз извините, до свидания!

– До свидания, Павел Алексеевич!

Андорин отключил телефон.

К нему подошла Королева:

– С кем ты разговаривал, если не секрет, конечно?!

– Ну какие от тебя могут быть секреты, Марина? Стебрин звонил!

– Нет! Он не приедет!

– Вот тебе раз! Сам все взбаламутил, а потом в отказ. Объяснил хоть, почему не приедет?

Андорин взял женщину под руку:

– Объяснил! Причина банальна. Его Вика тоже на сегодняшний вечер договорилась о встрече с какой-то своей подружкой.

– Понятно! Можешь не продолжать. Видела я эту Викторию, она в Центр приезжала. Цаца, что ты, не подходи! Вся размалеванная, и это в двадцать два года, когда женщина красива природной красотой, в одежде, извини, бульварной проститутки. Могла бы вообще не одеваться, и так все прелести были видны. А гонору? На десятерых хватит.