Страж Кодекса (СИ)

Я бросил на неё равнодушный взгляд, от которого она побледнела и отступила на несколько шагов. Океан Душ внутри меня бушевал, а руки чесались найти выродков. О Кодекс, давно я не был так зол. Ну ничего, найду, прикончу и закопаю. Не стоило этим мудакам показываться из своих нор и злить Охотника.

— Мы на месте, Дмитрий Борисович, — спокойно произнёс боец рода Морозовых, что подвёз меня до особняка.

— Ага, спасибо, — улыбнулся я ему и вышел из машины, сразу же ощутив прохладный воздух.

На улице уже вечерело. Всё же в поездке я провёл достаточно времени, а потом ещё и с Морозовым разговаривал.

На час он остался в госпитале, ага. Мы гоняли с ним чай порядка трёх часов, где я выуживал из него информацию по новостям столицы. Я мог бы это сделать и в сети, но лучше же первоисточник. Павел Алексеевич был тем ещё любителем поболтать и на мои уточняющие вопросы вполне себе отвечал. Мы оба понимали, что интересуюсь я не просто так, а потому с каждой чашкой чая он смурнел и становился серьёзным. Морозов хотел узнать, что именно я задумал и не собираюсь ли делать глупости, на что я успешно промолчал. Дураком он не был — смекнул быстро, а потому сейчас за особняком наблюдали две группы гвардии его рода. Разумеется, я не просил его об этом. Да и в теории не должен был догадываться, но Охотник я или кто?

Для вида оглядевшись по сторонам на улице, я зашёл в дом и первым делом поднялся в свою комнату. Было у меня предчувствие, что если ублюдки и сделают второй шаг, то именно сегодня ночью. И раз дед сейчас под защитой имперского рода, то целью буду я.

 От такого поворота на моём лице играла холодная ухмылка предвкушения, и я вытащил из сумки яйцо.

Мои мысли касательно пробуждения Ферокса были верны. Даже слишком, раз на скорлупе появились первые трещины. Сегодня или завтра он должен вылезти, а раз я не знал, кто именно придёт по мою душу, то нужно устроить ублюдкам сюрприз.

— Ну-с, тебе это не понравится, малыш, — засучил я рукава рубашки и положил ладони на яйцо. — Но так надо. Будем считать, что я просто дам тебе витаминку в виде энергии.

Шестнадцать. Ровно столько желеек мне пришлось сожрать, чтобы скорлупа начала трещать, пока её верхняя часть не отвалилась и наружу не показалась мордочка Ферокса. Малыш обладал белым окрасом шерсти, что сейчас была измазана в какой-то слизи, а когда его голубые глазки открылись, он взглянул на меня.

— Скорее уж папа, — улыбнулся я.

Ферокс помахал ушами, почесал их одной из лап и вывалился из скорлупы.