Острый, почти обжигающий гнев. Мгновение, и во мне вспыхнула чужая эмоция, обрушившись с такой силой, что у меня перехватило дыхание.
Это был он. Дэмиан. Я физически почувствовала, как его ладони сжимаются в кулаки, а челюсть напрягается. Но в следующее же мгновение гнев был подавлен мощным, волевым усилием. И все же перед глазами вспыхнуло чужое окружение. Глухой коридор, тусклый свет, чужие голоса на фоне. Он тоже был здесь, в департаменте!
— Что там у вас такое в бумагах, мне хоть расскажите? — Нейт поднялся на ноги, поправляя перевязь на руке.
— Похоже, авария все же была подстроена, — хмуро произнесла Лисса, убирая папку.
— Давай сюда это дело, — упрямо сказал Нейт. — Я буду участвовать в поисках. В конце концов, меня назначили стражем Айви.
— Нет, — я посмотрела на него строго, — тебе нужно хотя бы день отлежаться. У тебя плечо перебинтовано, на лбу шов. И вообще, у тебя возможно сотрясение.
— Вы мне не начальники, — хмыкнул он, чуть поморщившись от боли и протянул руку. — Давай сюда папку. Я страж, а не дите малое.
— А ведешь себя иногда как ребенок. Тебе надо в общежитие, — Лисса спрятала папку за спиной.
— Ну да, а ты ведешь себя очень по-взрослому, — Нейт растерял всю веселость. — раз ты молчишь, пойду к начальству.
Он резко развернулся и направился к двери. Мы с Лиссой переглянулись и двинулись следом.
— Все такой же упрямый, — тихо заметила я.
— Не нужно его впутывать, — шепнула Лисса, — я за него переживаю. Слишком многое сейчас происходит.
Мы вышли в просторный холл, залитый ярким светом из высоких окон.
Здесь стоял гул из приглушенных голосов и эхо шагов стражей по мраморному полу. Где-то в глубине коридора слышался звон артефактов. Вдоль стен стояли широкие лавки, а у стойки дежурного толпились молодые стражи. Все как на подбор, в темно-синих безупречно выглаженных мундирах с серебряными знаками отличия."
"Нейт, несмотря на свежую повязку на плече и ссадину на лбу, уверенно зашагал по коридору, ловко маневрируя между стражами. Судя по всему, он и впрямь собирался дойти до своего наставника по практике.
Я задержалась, взгляд зацепился за траурную доску, что висела у стены. «В память о павших на службе» В глаза бросилось знакомое лицо, похожее на печеную картошку. Старший страж Уинкрос. Тот, что хотел вынести мне выговор. И теперь… его портрет украшала черная траурная лента. Еще несколько знакомых лиц — почти все они были из того лагеря.
Внутри все похолодело.
— Лисс… что случилось? — спросила я, еле слышно, кивнув на доску.
