Частое, судорожное, будто в груди забарабанили крылья испуганной птицы. Мир кружился. Еще секунда, и когти гончей с противным скрежетом прошлись по капоту сейр-мобиля, оставив рваную борозду.
Дернулась к земле, ощущая собственную беспомощность. Что я могла против них?! Залечить до смерти?!
Их манила моя кровь. Ведь почуяв ее раз, они не успокаиваются пока не прикончат жертву.
А я не прошла очищение!
Нейт прикрывал меня, отбрасывая гончих то потоками ветра, то вспышками света. Магия дрожала в его пальцах, но твари были быстры, слишком быстры…
И тут… огромная, черная, как сама ночь, тень обрушилась сверху, заслонив тусклый свет фонарей.
Мгновение, и что-то крепкое, когтистое обхватило мою талию. Резкий рывок. И меня утянуло вверх. Воздух сжал легкие, все вокруг завертелось. Зажмурилась, ощущая, как волосы и подол платья бьются по лицу и ногам.
41
Я не могла даже закричать, дыхание перехватило. В глазах на миг все потемнело.
Ветер бил в лицо, раздирал платье, запутывал волосы. Все, что я слышала — это собственное сбивчивое дыхание, шум крови в ушах и могучий взмах крыльев.
Казалось, я в каком-то страшном сне! И нет сил бороться, да и как?! У меня не было активной магии.
Пресветлая богиня, неужели это конец?
Вдох… выдох… еще один вдох… Приоткрыла веки.
Ничего не изменилось. Все то же сумеречное небо над головой, холодный ветер хлещет по лицу, и когтистые лапы, которые сжимали меня крепко, но… удивительно осторожно.
Эти лапы были совершенно не похожи на мертвенно-холодные когти Теневых гончих, да и вообще на любое порождение Тьмы.
Наоборот, в них чувствовалась воля, жар, даже нечто похожее на заботу. Осмелев, я подняла взгляд выше и увидела над собой огромные темные стальные крылья, серебристый блеск чешуи и яркий янтарный свет глаз.
Это был сьер Райвен.
Сердце пропускало удар за ударом. Зажмурилась.
А в следующую секунду меня накрыли чужие эмоции. Его эмоции. Острые, яркие, сильные настолько, что у меня перехватило дыхание. Страх, ледяной и отчаянный, словно он действительно боялся опоздать хоть на миг.
Гнев на себя, на обстоятельства, на то, что меня вообще могли коснуться эти твари. И, наконец, ошеломляющее облегчение. Глубокое, почти болезненное, от того, что он успел вовремя. Что я сейчас живая и невредимая.
Ощущать эти эмоции было странно и непривычно. Он боялся за меня.
Сглотнув, я приоткрыла глаза и тут же снова зажмурилась, борясь с головокружением. Еще один глубокий вдох… и я вновь решилась взглянуть вниз.
