Страж Вьюги и я

Погода портится?

Пока муж маскировал магмобиль, я подошла к террасе. Жуткая находка кольнула в сердце иголочкой предчувствия.

Он появился в тот же миг – необходимость скрывать редкие способности пропала.

Серо-коричневые, с голубыми перышками на крыльях тушки усеивали дорожку.

– Мертвые птицы, – прошептала я.

Да что за день такой? Отравленная Марта, куколка из прутьев, эти сойки несчастные…

– Замерзли. Иногда ледяная волна, идущая с гор, косит их прямо в полете. Человеку лучше не попадать в такую аномалию без теплового кокона, иначе обморожение гарантировано.

– Подожди. – Кромешник присел на корточки и коснулся ближайшего трупика. – Они еще живы и могут отогреться.

– Так чего мы стоим? – Сдернув шапку с головы, я торопливо собрала в нее замерзших соек.

– В дом не надо, – остановил меня Эйден возле лестницы. – В загон, там тепло.

Велев мне переодеваться, он сам отнес спасенных птиц к ньйору Свера.

Я переплетала косу потуже, когда муж вошел в комнату.

– Расслабься, Иза. – Чуткие ладони прошлись по шее и плечам, разминая через одежду.

– Мне страшно… – Стоило признанию вырваться, как я уже об этом пожалела.

– Это естественная реакция. – Эйден развернул меня и обхватил лицо теплыми ладонями. – Ничего не боятся лишь глупые и мертвецы.

Большие пальцы погладили мои скулы, нежно коснулись уголков губ.

– Изольда, прямо сейчас я могу отправить тебя в Ольрион, в дом, где ты будешь в безопасности.

– Нет! – Я возмутилась, дернулась, но Эйден не выпускал из рук.

– Если бы не понимал, ты была бы уже в Ольрионе, – раскрыл коварные мысли муж и коснулся губ легким поцелуем. – А жаль, я был бы спокоен.

– Хорошо, что ты тиран с совестью. – Шуткой я постаралась скрыть неловкость.

Искренние переживания, забота от сердца приятны, главное, чтобы они не превратились в удушливую опеку. Эйден, став подлинным супругом, таким не грешил, но кто знает, что будет дальше?

Он определенно читал мои мысли! Усмехнувшись, предупредил:

– Подожди, я еще только учусь быть настоящим мужем.

Эйден улыбался по-мальчишески беззаботно, и я не устояла перед соблазном – сама поцеловала.

Ночь прошла тяжело. Три атаки летунов с разных направлений, один медведь-шатун, ломящийся в центральные ворота. Кровожадных птиц отбили, бедного мишку усыпил дежурный целитель и отправил на исследование коллегам.