Страж Вьюги и я

Но со слухом у него настоящая беда, я даже подумывала, чтобы натравить Свина на тугоухого певца.

На словах, когда новобрачная разогнала гарем и потребовала от дракона сделать жаркое из коварной верховной, рыжий вдруг замер.

Отвечать ему не пришлось – браслет на моей руке сжался дважды. Предупреждение всем стражам о кровопролитном бое.

Боги мои, защитите мужа! Тьма, укрой его от когтей и зубов!..

Вглядываясь за стену, в белую мглу, я молилась. Фрост – кромешник, я помнила, но несчастья случаются и с самыми сильными мужчинами.

Лишь бы его не покинули удача и выдержка!

Сняв тепловой кокон и подойдя к проему между зубцами крепостной стены, я подставила лицо злому ветру.

– Эйден, пожалуйста, будь осторожен, – попросила шепотом.

Из-за воя бурана меня не услышал даже Ларсон, но я верила, что высказанная от сердца просьба достигнет моего самого дорогого в мире мужчины.

Свистело, выло, стонало… Порой ветер бил в стену так сильно, что казалось, она вот-вот рухнет.

Взбесившаяся природа за что-то наказывала людей. При этом стужа вроде бы уменьшилась, но вездесущий снег залетал в крытую часть боевого хода беспрепятственно. Очищающие артефакты справлялись плохо – напротив бойниц росли сугробы.

С молочно-белого неба сыпались изысканные снежинки, ледяное крошево и округлые крупинки. Красиво и страшно… Метель мела, соединяя небосвод и землю в сплошной белый хаос.

Снег слепил глаза, забивал рот.

Ветер ревел, бил по шапке, пытаясь сдернуть ее, трепал выбившиеся из косы пряди волос. Без кокона, отталкивающего снег, я не могла видеть собственную руку. И вправду слепой буран.

Я активировала тепловой кокон и усилила остроту зрения заклинанием.

Истошный крик напарника совпал с клекотом.

Резко подняв голову, энергошаром влепила прямо в клюв летуна. Гигантская птица – как же близко она подобралась! – камнем ухнула вниз. Я же «ледяным копьем» уже целила во вторую, пытавшуюся протиснуться в боевой ход между зубцами стены.

Откуда здесь летуны? Они не прилетали на эту сторону крепости с момента ее возведения. То есть никогда.

Белоперых тварей становилось все больше. «Воздушная сеть» не справлялась – я чувствовала, как дрожали ее энергонити, летуны ринулись на нее, надеясь вместе проломить дыру. Вонь горелого мяса заполнила ноздри, по ушам били злобный клекот и крики боли.