Стражи

Экипировали их на славу: и обычные браунинги, и наповал сражающее альвов оружие, помещавшееся в большие массивные сигарницы (в нынешней Англии они в большом ходу и никаких подозрений не вызовут), и позаимствованное в Аунокане устройство, позволяющее моментально пленить альва (усовершенствованное нынешними батальонными учеными, замаскированное под изящный дамский револьверчик). Арсенал внушительный — но, если учесть, что им как раз следует избегать пока что всяких стычек… Придает уверенности, и не более того…

— Зверье, надеюсь, тут не водится? — поинтересовался поручик из практического житейского интереса.

— Никакого, — сказал капитан. — Очень, знаете ли, в этом смысле благоустроенная страна. Самым крупным зверем смело можно считать лисицу. Последних волков повыбили еще в средневековье, а медведи, по-моему, вообще не водились. Так что никакого опасного зверья, если не считать человека и… — Ах ты ж черт! — выругался он шепотом. — Что называется, помяни к ночи…

Он остановился, не дойдя до опушки буквально пары-тройки шагов.

Сквозь редкие деревья прекрасно можно было рассмотреть барский дом (где освещена была лишь пара окон на первом этаже и еще несколько верхних) и башню, подсвеченную с земли лучом сильного фонаря, скорее уж прожектора. Отсюда видно, что на лесах деловито возятся несколько темных фигурок, что-то сосредоточенно мастерящих под самым полушарием.

Но смотрели они на другое…

Впереди, пересекая тропику наподобие шлагбаума, тянулась в обе стороны странная преграда: нечто вроде красивой ажурной изгороди высотой человеку не более чем по колено — вот только выполнена она не из чего-то материального, а из блекло-сиреневого сияния. Этакое изящное полупрозрачное кружево, способное восхитить непосвященную художественную натуру — а у людей понимающих вызывавшая лишь строго определенные мысли…

Капитан с превеликой осторожностью сделал еще шаг — а дальше идти не рискнул.

— Видите, насколько она тянется? — совсем тихо спросил капитан, словно опасался, что эта зловещая штуковина может отреагировать на громкий человеческий голос.

— Ну, да… — так же полушепотом ответил поручик.