Стрекоза в янтаре

 — Зеленые-презеленые… Ты когда-нибудь видела такие?

— Да, глаза красивые, — согласилась я. — Всегда были такие. Я обратила на них внимание еще тогда, когда он был совсем крошкой…

Брианна, нахмурившись, смотрела на меня сверху вниз:

— Да уж, мама! Ну скажи, неужели нужно было говорить ему: «Ой, как вы выросли!» — не успел человек отворить дверь. Ты его совершенно смутила!

Я рассмеялась и попыталась оправдаться:

— Когда ты последний раз видела человека малышом, едва достающим тебе до пупка, а потом вдруг обнаруживаешь, что вынуждена смотреть на него снизу вверх, тут трудно не заметить разницы.

— Мама! — укоризненно воскликнула она и тут же прыснула со смеху.

— Да он и в нижней части вполне ничего, — продолжила я, чтобы еще больше развеселить ее. — Заметила, когда он наклонился, разливая виски.

— Мама!!! Они же тебя услышат!

Мы уже дошли до автобусной остановки. Там стояли две или три женщины и пожилой джентльмен в твидовом пиджаке.

— Отсюда отправляется автобус на Лох-Несс? — спросила я, оглядывая объявления, развешанные на доске.

— Да-да, — добродушно закивала одна из дам. — Автобус придет минут через десять.

Она задержала взгляд на Брианне, которая выглядела типичной американкой в своих голубых джинсах и белой ветровке. Лицо дочери раскраснелось, она едва сдерживала смех.

— Собираетесь повидать Лох-Несс? Наверное, в первый раз?

Я улыбнулась женщине:

— Плавала по этому озеру на лодке еще лет двадцать назад, вместе с мужем. Но моя дочь в Шотландии прежде никогда не была.

Это восклицание привлекло внимание других дам, и они, окружив нас, стали чрезвычайно дружелюбны и буквально засыпали нас советами и вопросами, пока наконец из-за поворота не показался большой пыхтящий желтый автобус.

Перед тем как подняться по ступенькам, Брианна остановилась, любуясь прекрасным видом. Зеленые луга окаймляли ярко-синее озеро, по берегам его поднимались высокие темные сосны.

— Здорово! — воскликнула она, смеясь. — Как думаешь, а мы чудовище увидим?

— Как знать… — ответила я.

Всю оставшуюся часть дня Роджер провел, в рассеянности бродя по дому и хватаясь то за одно дело, то за другое.