Стрекоза в янтаре

— Твое лицо осунулось — кожа да кости. Если ты не хочешь есть, то, по крайней мере, пойдем погуляем, — нетерпеливо сказала она. — Дождь прекратился, давай посмотрим, не осталось ли орехов на мускатном дереве. Может быть, тебе захочется их съесть.

Мне было безразлично, где находиться — в доме или на улице. Туманная пелена все еще окутывала меня, сглаживая очертания окружающих предметов и делая их неотличимыми друг от друга. Но я считала себя обязанной Луизе, поэтому встала, оделась, и мы вышли.

У дверей, ведущих в сад, ее остановил повар и обратился со множеством вопросов по поводу званого обеда для гостей.

Луиза тоскливо вздохнула и, коснувшись моей спины, сказала:

— Ты иди, а я пришлю слугу с твоим плащом.

Это был необычно прохладный для августа день, накануне прошел дождь. На покрытых гравием дорожках стояли лужи, а капли дождя, падающие с деревьев, были холодными.

Небо все еще оставалось хмурым, но освободилось от черных туч.

Я услышала шаги позади себя, обернулась и увидела слугу Луизы, Фрэнка, но плаща у него в руках не было. И вид был весьма озабоченный.

— Мадам, — сказал он, — к вам посетитель.

Это известие огорчило меня, поскольку я совсем не была расположена к каким-либо встречам.

— Скажите, что вы не нашли меня, а когда визитер отбудет, принесите мне, пожалуйста, плащ.

— Но, мадам, это лорд Брох-Туарах, ваш супруг.

Крайне удивленная услышанным, я обернулась взглянуть на дом. Это был действительно Джейми. Я сразу узнала его высокую фигуру, но отвернулась, сделав вид, что не поняла, кто это, и пошла по направлению к кустарнику. Он был довольно густым и высоким, чтобы спрятаться в нем.

Притворяться было бесполезно. Он тоже увидел меня и уже спешил по тропинке. Я ускорила шаг, но мне было бесполезно состязаться с ним. На полпути к кустарнику меня одолела одышка, и я вынуждена была замедлить шаг.

Я чуть обернулась. Он был совсем близко. Мягкая серая пелена, окутывающая меня, заколыхалась, и я почувствовала озноб от мысли о том, что встреча с Джейми совсем лишит меня этой зыбкой защиты от внешнего мира. Если это произойдет, я погибну, словно червяк, вытащенный из земли и брошенный на каменную скалу, голый и беспомощный под палящими лучами солнца.

— Нет! — отчаянно завопила я.