Стрекоза в янтаре

Хотя я и считала, что знаю, как именно должны развиваться события дальше, я абсолютно не была уверена, что так все и будет на самом деле. Будучи женой историка — как обычно, при воспоминании о Фрэнке сердце у меня сжалось от тупой боли, — я знала, насколько ненадежны исторические свидетельства. Поэтому не считала, что мое вмешательство или невмешательство способно что-либо изменить.

Какое-то мгновение я судорожно соображала, что произойдет, если я попытаюсь помешать Ричарду Андерсону встретиться с лордом Джорджем.

Повлияет ли это на исход завтрашнего сражения? Будет ли шотландская армия, включая Джейми и его соплеменников, разгромлена во время спуска с горы там, где проходит ров? Или лорд Джордж придумает что-нибудь получшее? Или же Ричард Андерсон сам попытается встретиться с лордом Джорджем?

В любом случае можно было попытаться, ничем не рискуя. Я взглянула на Фергюса, сгорающего от нетерпения, и спросила:

— Ты думаешь, что сможешь найти своего хозяина? Ведь там темно, ни зги не видно.

Мне совсем не хочется, чтобы кого-нибудь из вас двоих подстрелили.

— Я найду его, мадам, — уверенно заявил Фергюс.

Я и без того знала, что найдет. Ведь он всегда словно носом чуял, где находится Джейми.

— Ну ладно, — сдалась я. — Только бога ради, будь осторожен.

— Хорошо, мадам, — проговорил он и молнией выскочил из дома.

Прошло добрых полчаса, прежде чем я обнаружила, что нож, оставленный мною на столе, исчез. И только тут у меня заныло сердце: я велела Фергюсу соблюдать осторожность, но забыла сказать, что он должен вернуться назад.

Первый орудийный выстрел прозвучал на рассвете и прокатился звонким эхом по всей округе. Казалось, от него задрожал даже дощатый пол, на котором я лежала. Я вцепилась в руку женщины, спавшей со мной под одним одеялом. Из угла комнаты послышалось чье-то тревожное бормотание, а моя соседка зашептала:

— Пресвятая Мария и Михаил, спасите нас…

Женщины вскочили с пола. Но в комнате стояла мертвая тишина.

Все настороженно ловили звуки, долетающие снаружи.

Я заметила жену одного из шотландских солдат — миссис Макферсон. Она пыталась завесить одеялом окно. Лицо ее побелело от страха, и она крепко зажмуривала глаза при каждом громком звуке, доносившемся извне.

Я вновь изменила свое мнение по поводу бесполезности моих знаний об исходе предстоящей битвы. Всем этим женщинам ничего не было известно ни о тайных тропах, ни о предстоящем на рассвете сражении.