Стрекоза в янтаре

Я опустила взгляд, желая удостовериться, что мое платье подходит для встречи с важной персоной, и поднялась, крепко сжимая в руке медицинский саквояж.

— Я постараюсь, ваше высочество, — пообещала я.

Ладони, сжатые в кулаки, расслабились, обнаружив обкусанные ногти, морщины на лбу разгладились.

— Вот и отлично, — произнес Карл и направился к двери большой утренней гостиной. — Пойдемте, я сам провожу вас.

Стражник, стоявший за дверью, удивленно отскочил в сторону, когда Карл резко распахнул дверь и, не удостоив его взглядом, быстро прошел мимо.

На противоположной стороне длинного, украшенного гобеленами зала красовался огромный мраморный камин в обрамлении белых дельфтских фаянсовых плиток, расписанных сценками из голландской сельской жизни. К камину подтащили небольшой диван, рядом с ним стоял широкоплечий человек в шотландской одежде.

В другом помещении он мог бы показаться огромным. Его ноги в клетчатых чулках, выглядывающие из-под килта, были подобны стволам могучих деревьев.

Но в этой комнате с очень высоким потолком он воспринимался просто как крупный мужчина. Его фигура как нельзя более соответствовала мифологическим героям, изображенным на гобеленах, висевших по обе стороны гостиной.

Я остолбенела при виде него, не в силах поверить своим глазам. Карл обернулся и сделал рукой нетерпеливый жест, приглашая меня подойти к камину. Я кивнула здоровяку, медленно обошла вокруг дивана и посмотрела на лежащего на нем человека.

Он едва заметно улыбнулся мне, и его серо-голубые глаза зажглись веселым блеском.

— Да, — произнес он в ответ на мой изумленно-растерянный вид. — Я тоже не ожидал, что когда-нибудь снова встречусь с вами.

Он повернул голову и сделал знак своему телохранителю-великану.

— Ангус, налей, пожалуйста, капельку бренди миссис Клэр. Боюсь, что она слишком потрясена встречей со мной.

Это было очень кстати. Я опустилась в кресло и взяла хрустальный бокал, протянутый мне Ангусом Мором.

Ни голос, ни глаза Колума Маккензи нисколько не изменились. Это были все те же глаза и тот же голос человека, возглавлявшего клан Маккензи в течение вот уже тридцати лет, несмотря на болезнь, которая поразила его в ранней юности. За то время, что мы не виделись, болезнь сильно его состарила: некогда черные волосы заметно поседели; лицо изрезали глубокие морщины; щеки опали, резко обозначив скулы. Даже широкая грудь как-то ввалилась, плечи поникли.