Стрекоза в янтаре

Во время голода, последовавшего за битвой при Куллодене, многие шотландцы эмигрировали в Новый Свет, другие двинулись с пустошей в города в поисках еды и работы. Остались лишь немногие, верные своей земле и традициям.

— Это материал для потрясающей статьи, — сказал Роджер, размышляя вслух. — Проследить за судьбой нескольких человек и на их примере выяснить, что же произошло с целым народом. Жаль, если все они действительно погибли при Куллодене, но всегда есть шанс, что хоть несколько человек да уцелели.

Он бы наверняка занялся этой проблемой, если бы Клэр Рэндолл его попросила.

— Да, думаю, что смогу помочь вам, — заключил он и был вознагражден ее теплой улыбкой.

— Правда? Но это же просто замечательно! — воскликнула она.

— С радостью, — ответил Роджер. Сложил листки и опустил на стол. — Займусь безотлагательно. Однако расскажите, как прошло ваше путешествие из Лондона.

Беседа перешла на более общие темы, Рэндоллы рассказывали ему о своей поездке, о том, как плыли через океан, о том, как добирались из Лондона.

Но Роджер слушал не слишком внимательно. Мысли его были поглощены предстоящим исследованием. И одновременно он испытывал чувство вины — за то, что хочет заняться делом, времени на которое у него просто нет. С другой стороны, проблема страшно интересная. Вполне возможно, что ему удастся сочетать работу над ней с разборкой рукописей его преподобия. Он знал, что в гараже хранятся сорок восемь коробок с надписью на каждой: «Якобиты. Разное». При воспоминании о них он снова почувствовал слабость в коленях.

Усилием воли он отогнал мысль о гараже и внезапно заметил, что разговор принял совсем иное направление.

— Друиды? — озадаченно спросил Роджер и с подозрением уставился в свой бокал.

Неужели он забыл добавить себе содовой?

— Разве вы о них не слышали? — разочарованно спросила Клэр. — Но ваш отец, то есть его преподобие… он довольно много знал о друидах, хотя, возможно, не слишком афишировал свои знания.

Вероятно, он счел, что вам рассказывать о них не стоит.

Роджер задумчиво почесал в затылке, ероша густые черные волосы.

— Нет, не припоминаю. Вы, вероятно, правы, он не принимал все эти россказни всерьез.

— Не уверена. — Клэр положила ногу на ногу. Луч солнца нежно отсвечивал на чулке, подчеркивая изящество длинной стройной икры.