Привыкнув к тщательным осмотрам этой женщины, Кейт позволила Хелен изучить ее с макушки до кончиков ног, выглядывавших из-под подола дорогой ночной сорочки и бархатного домашнего платья, подаренных отцом.
Закончив осмотр, Хелен, наконец, подняла взгляд.
– Ты выглядишь намного лучше. Ванна тебя не слишком утомила?
Кейт покачала головой и улыбнулась.
– Наоборот, я почувствовала себя новым человеком. Я почти не ощущаю боли в плече.
Хелен прищурилась, как будто знала, что Кейт врет.
– Тебе нельзя выходить из комнаты еще пару дней – больно тебе или нет.
Прошла всего неделя. Тебе нужно больше времени, чтобы восстановиться. Тебе удалось заставить меня разрешить тебе принять ванну, но это все. – Она вздохнула, словно ей пришлось со многим смириться. – Знаешь, ты очень похожа на своего отца. Лечить его оказалось сущим кошмаром.
Кейт попыталась улыбнуться. Сравнение, даже не слишком лестное, было ей приятно.
Она сомневалась, что кто-то мог заставить что-нибудь сделать Хелен Маккей.
Несмотря на внешность эльфа, умелая целительница обладала железной волей и, судя по тому, что видела Кейт, распоряжалась королем, словно тот был непослушным ребенком.
– Надеюсь, мне не придется насильно скармливать тебе овощи? – сухо спросила Хелен.
Кейт потрясла головой, вспомнив нелюбовь отца ко всему, что растет на земле и деревьях.
– Мне нравятся овощи, все, кроме свеклы. – Она сморщилась.
Хелен фыркнула."
"– Позволь угадаю, она на вкус, как грязь? Я это уже слышала.
Только прошлым вечером я застукала короля, когда он пытался скормить морковь, которую я специально для него приготовила, собакам. Собакам – можешь себе такое представить! – Снова покачав головой, она поближе подошла к сидевшей на краю сундука Кейт и обратилась к Лизбет: – Вы были осторожны?
Служанка взволнованно кивнула, и Кейт пришлось вмешаться.
– Лизбет очень старалась, чтобы бинты не намокли, и следовала всем твоим инструкциям.
Хелен кивнула.
– Хорошо. Тогда возвращайся в постель. Кое-кто хочет тебя видеть.
Кейт застыла.
Поскольку Хелен держала ее за руку, она почувствовала ее реакцию.
– Я говорю о твоем отце.
Напряжение немедленно исчезло. Кейт видела молчаливую просьбу женщины, но не могла ее удовлетворить. Хелен не понимала, почему она отказывается видеть Грегора, а Кейт была слишком горда, чтобы просветить ее, но целительница уважала ее желания, и только это имело значение.
