Стреляй! «Бог войны» (сборник)

Утром мы отплыли, на берегу сплошь стояли причалы, сараи для товаров и суда всех размеров из многих стран. Мы двигались медленно, под веслами, от бортов долетали обрывки разговоров на разных языках – псковский или новгородский узнаваемый говорок, жесткая немецкая речь, напевная малороссийская, медленная шведская. Медленно уходил назад великий город, уже и пригородов не стало видно. Кормчий поймал попутный ветерок, команда подняла паруса и облегченно вздохнула. Гнать под веслами груженый корабль не самое легкое дело.

На ночевку остановились спать у пригородов Павлова, под оком городской стражи.

Появившийся мытник ушел ни с чем, торговать здесь мы не собирались. Так же спокойно на следующий день мы переночевали у причалов Мурома. На высоком берегу высились высоченные колокольни местных церквей. Здесь, на берегу, мы развели костерок и сытно поужинали. Укладываясь спать, Петр сказал:

– В Оку вошли. Ну, теперь до Рязани только деревни будут, а до него дня четыре еще плыть, коли ветер попутный будет.

Эти четыре дня до города были тягостными, каждый день тянулся как резиновый.

Чем ближе мы были, тем больше возрастало мое нетерпение. Наконец судно причалило к пристани. Первый же встречный отшатнулся от меня.

– Чур меня, чур! Изыди, нечистая сила!

– Да это же я, лекарь! Кожин Юрий!

– А сказывали, тебя убитым о прошлом годе на дороге нашли.

Ничего себе! Надо домой поспешать, неужели тоже похоронили?

Стражники у городских ворот онемели, увидев меня живым и здоровым.

– Лекарь, ты ли это? Где столько времени пропадал?

– В плену был, сейчас домой тороплюсь, извините, служивые.

Служивые заулыбались и стали оживленно переговариваться. То-то будет разговоров в городе. Мы шли по городу, редкие встречные знакомые удивленно приветствовали, пытались поговорить. С одной стороны, было приятно, что меня здесь помнили, но ноги несли домой, хотелось быстрее добраться до родного гнезда, обнять дорогих моему сердцу людей.

Наконец знакомый переулок. Меня ждала маленькая приятная неожиданность – часть улицы перед домом и метров по семьдесят в стороны от него была вымощена дубовыми плахами.

Цивилизация, однако. На последних метрах я не выдержал и побежал бегом. Ворота оказались заперты, и я забарабанил кулаком. Через некоторое время раздались неспешные шаги, и незнакомый мужской голос спросил:

– Быстро открывай, хозяин вернулся!

Застучали засовы, калитка приоткрылась, и со двора выглянул незнакомый мне слуга. Я оттолкнул его и бросился к крыльцу.