– Благодарю, Сергей Александрович, – почему-то излишнее мужское упорство дико раздражает. У меня работы вагон и маленькая тележка, а он, как всегда, в свои игры пришёл играть. – Времени нет совершенно. У Вас что-то срочное?
– Да. Сегодня поедешь со мной обедать, – ааа, он решил поменять тактику с настойчивых уговоров на неоспоримые приказания?
– Очень сожалею, но не поеду.
– А я не спрашиваю, я утверждаю. И когда мы с тобой одни, не обязательно обращаться ко мне так официально. Я ведь уже говорил.
Он стоит сбоку от моего стола.
Убежать или отскочить в сторону, если мужчина вновь решит ко мне прикоснуться, у меня вряд ли выйдет.
Ну что ж. Придётся доставать из закромов скромные запасы борзости. Ох, не люблю я это дело. Ох, не люблю.
Демонстративно растопырив пятерню, положила её на стол прямо перед собой.
– Серёжа. Посмотри внимательно. Видишь, какого оттенка мои ногти?
– Фиолетового, – как же скуден мужской запас познаний в данной области. Перевела взгляд на любимый нежно-сиреневый колор.
Хорошо хоть, данное обстоятельство сыграло мне на руку.
– Вот именно. Как не прискорбно тебе сообщать, это цвет моего отношения к твоим словам, утверждениям и просто к сложившейся ситуации.
– То есть, решила дерзить?
– Вообще-то, ты меня сам вынуждаешь.
– А если через минуту не закончишь бездумно тратить наше с Юлей рабочее время, то дерзить начну уже я, – и снова у меня по спине побежали мурашки от невероятного, глубокого, уверенного голоса с нотками обычного недовольства.
Посмотрела в лицо самому хмурому в мире мужчине.
Мужчине, с которым я буду связана рабочим контрактом неограниченное количество времени.
– Я, между прочим, по делу.
– А то незаметно, – Солнцев раздражённо перевёл взгляд на своего первого заместителя и вновь посмотрел на меня. – Юля, я кофе обязан ждать целую вечность?
– Простите за задержку. Сейчас же иду!
Мужчины скрылись в огромном светлом кабинете, а я, спустя три как никогда долгих минуты, уже прохожу к ним и прямо перед собой держу две чашечки ароматного бодрящего напитка.
Как только поставила свою ношу перед каждым из начальников, поспешила немедленно удалиться и оставить руководство наедине.
Вот только совершенно не ожидала, что краем уха, выходя за дверь, услышу спокойное и нравоучительное:
– Я понять не могу. Ты дальтоник что ли? Это же сиреневый цвет.
Очень надеюсь, испытанный мною глубокий шок пройдёт хотя бы к вечеру.
Глава 5
Вновь опускаю взгляд на время…
Двенадцать ночи.
