– А что меня удержит? Снова начнёшь намеренно вносить ошибки в схемы наших разработок? Ты думаешь, меня так легко можно пнуть с этого места? Ты думаешь, я слепец, который ничего не видит и не соображает? Я тебя уверяю. Если бы это было так, до почётного пьедестала своей должности я бы никогда не дошёл. Кто бы ни стоял за твоей спиной, я докопаюсь до сути. И тогда ты вылетишь отсюда с волчьим билетом. Это в лучшем случае. И тогда полы пойдёшь мыть своими дорогими тряпками.
– Не смеши меня. Ты первый в очереди на вылет.
Если заручился поддержкой обоих Расторгуевых, это не значит, что тебя не смогут отстранить.
– Отстранить, чтобы можно было и дальше разворовывать фирму и осуществлять грабительские налёты на возможности нашего реального расширения? Или копить всевозможные претензии и недовольство наших клиентов? Я знаю, кто за тобой стоит Вика. Но вот сидеть за тебя вряд ли кто-то захочет.
– У тебя паранойя. Глеб, мой тебе совет. Съезди в отпуск. Отдохни. Выспись, – ну-ну, а когда вернусь, меня заставят расписаться в приказе о собственном увольнении.
Смешно.
– Куда уж мне. Мои поездки на Мальдивы ведь не оплатят испанские партнеры. Извини, Вика. Если тебе больше нечего мне предъявить, попрошу освободить МОЙ КАБИНЕТ.
На последние два слова поставил ударение. Чтобы особенно подчеркнуть, кто здесь главный.
Женщина ушла, как обычно, соблазнительно качая бёдрами, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Перевёл взгляд на свои руки. Рядом стоит уже остывший кофе. Ничего. Прорвёмся.
Набираю на личном телефоне знакомый номер. Разговор оказался необычайно коротким.
– Александр. Она напряглась. Думаю, мы на верном пути.
– Молодец, Глеб. Молодец.
Даже, если меня и турнут отсюда, спокойно выметаться, сложив лапки, я не собираюсь.
ЮЛЯ
– Прости. Я не сориентировалась.
– Я ведь сказал. Всё в порядке, – да, вроде разговаривает со мной, но мыслями где-то очень далеко.
– Хорошо, – не могу понять, что с ним. Как разговор с этой женщиной мог настолько расстроить моё Солнышко?
– Иди ко мне, – он чуть развернул кресло, чтобы я могла приблизиться вплотную, обхватил руками талию и лбом прикоснулся к моему животу.
– Глеб, ну ты что? – ласково провожу рукой по его волосам. Чувствую, что ему нужна поддержка, но как её оказать, если он ничего не рассказывает и ничего не просит?
– Я прошу прощения за то, что вмешиваюсь… – ошарашенный голос Сергея ворвался в мои рассуждения. – Глеб, позвони, как освободишься. Разговор срочный.
