Строптивая жена Властелина Пограничья (СИ)

— Да, природа играет с нами злую шутку, гордые Ранделлы переродились в Рендаллов, а Рендаллы деградировали до Аскуков, — иронизирует Артур. Мой отец оскорблённо отвернулся.

— Я не собираюсь терпеть от тебя оскорбления, мальчишка, — как боевой петух нападает Тод на Артура. Правда, только словесно.

— Я вас не задерживаю, — я указываю дядюшке на дверь.

— Зато я задерживаю, — как гром среди ясного неба звучит голос, входящего в кабинет императора.

— Ваше императорское величество, как вы здесь оказались? — кланяясь, спрашивает Тод.

— Точно так же, как Артур, — усмехаюсь я.

— Давайте-ка пройдём в более вместительную комнату, — предлагает император. — Рауль, веди нас. Брен и Леон смотрят за Аскуком, чтобы не сбежал. Генрих, пригласите, пожалуйста, Альгула.

— С вашего позволения, — слегка склоняю голову перед Гио, — мне нужно для начала сжечь Лейлу. Я не могу ещё раз оставить её окончательную смерть на волю случая.

— Альгулу говорить будешь? — только и спрашивает император. Я качаю головой. Зачем бередить старые раны, которые только начали затягиваться.

Я выхожу во двор, где уже всё подготовили для большого костра. Кузнец, подаёт мне цепь, и я приковываю Лейлу к столбу. Свят стоит с ковшиком воды, освящённой в храме культа Воинов Северного Пограничья. Рядом с ним, с такими же ковшиками стоят воины из моей дружины и слуги замка, у которых оказалась освящённая вода.

Я киваю им, и люди выплёскивают на корчащуюся в муках вампиршу воду. Её, некогда прекрасная кожа сползает лоскутами.

Подношу пылающий факел к её одежде. Платье вспыхивает. Поджигаю в разных местах хворост, и огонь весело пожирает подготовленную для неё пищу.

Лейла сгорает раньше, чем окружившее её пламя. За казнью в окно наблюдает Эйвис. Поймав мой взгляд, она едва заметно улыбается. Для неё важно, чтобы я лично убил Лейлу, которая причинила ей немало страданий. С чувством выполненного долга возвращаюсь в замок.

В большом зале уже все расселись. Император в кресло с высокой спинкой лицом ко всем присутствующим. Брен стоит, подпирая стену. Артур присел на диванчик, на противоположной стороне примостился Леон. Мой отец сел на стул и замер в ожидании.

Для нас с Эйвис оставили небольшой диванчик возле окна. Я усаживаю Эйвис рядом с собой и обнимаю за талию. Он настолько узкий, что объятия не выглядят как приставание, а скорее, как возможность сесть поудобнее.