Строптивая жена Властелина Пограничья (СИ)

— Мы с вами товарищи по несчастью, Этторио, — смотрю на него глазами полными слёз. Я сочувствую ему.

— Служить при дворе означает ходить по лезвию бритвы, — он вытирает слёзы с моих ресниц. Проводит большим пальцем по скуле. — Вы очень красивы, Эйвис. От вас так сладко пахнет. Я теряю голову.

— Ты сейчас потеряешь её по-настоящему, подонок, — Лейла, как фурия набрасывается на вампира.

Откуда она здесь взялась? Не то, чтобы мне было приятно, что Этторио позволил себе лишнего.

Но когда привлекательный мужчина оказывает тебе знаки внимания, в то время как муж тобой не интересуется, ты просто получаешь удовольствие.

Лейла отлетела в угол комнаты. Что-то подобное я уже видела. Неужели глава Тайной Канцелярии и есть тот таинственный незнакомец, в которого, как кошка влюблена Лейла?

Ну тогда я отомщена!

— Что ты себе позволяешь, Лейла! — рявкает он. Это не вопрос, это констатация факта, что она переступила черту.

— Что я себе позволяю? Это что ты себе позволяешь? Без стыда ласкаешь девчонку. А мне приходится вымаливать у тебя крохи внимания.

Лейла входит в состояние боевого берсерка, не соображает, что надо остановиться. Не спуская взгляда с Этторио, поднимается и молнией кидается на него.

Эрмано старый вампир, опытный в боях, не нужно обманываться его обходительными манерами. Он перехватывает Лейлу в полёте. Держит за шею, сдавливая её. Их быстро перемещения пугает и завораживает одновременно.

— Я сломаю тебе шею, шлюха, — его спокойный голос и горящие яростью глаза приводят меня в ужас.

Тот странный незнакомец, с которым я подслушала разговор, точно Этторио. Но как понимать его слова насчёт…

Я перестаю слышать Рауля из-за завязавшейся потасовки вампиров. Грохот стоит на весь замок. Лейла, как петух бросается на Эрмано, а он отбивает её словно мячик. Кажется, эта игра доставляет ему удовольствие.

— Эйвис, дописывайте письмо. Мы ещё с вами поговорим, дорогая, — он специально дразнит Лейлу.

— Только через мой труп, — не помня себя Лейла кидается на Этторио, целясь ему в глотку.

— Как скажешь, дорогая, — безмятежно улыбаясь, он перехватывает Лейлу в полёте и сворачивает ей шею. Отбросив её, как надоевшую куклу в сторону, он протягивает руку:

— Письмо, Эйвис, — я дрожащими руками отдаю письмо. Что я там накарябала, даже не помню. Внимательно читает. — Можно было добавить побольше чувств.

— Тогда бы он мне не поверил, — мой голос дрожит от страха.