Строптивая жена Властелина Пограничья (СИ)

— А Эйвис тоже оборотень? — любопытство раздирает меня.

— Нет. Она никогда не обращалась. Эйвис же целительница. Я не слышал о целителях — оборотнях. Возможно, отец знает больше.

— Я тоже не слышал о таких целителях, — подтверждаю я его слова. — Что от нас требуется сейчас?

— Одежду прикрутите на дереве повыше, чтобы я когда вернулся, мог найти и одеться. Коня не нужно оставлять, забирайте с собой. Я теперь Эйвис по запаху искать буду.

— Мы заберем коня и одежду. Тебя будут выглядывать караульные. — Леон скептически выгибает бровь.

— Конечно, только пусть прячет кто-то из вас. Я ваши запахи запомнил. Ну, всё, давайте прощаться. Не поминайте лихом.

— Типун тебе на язык. Мы ждём тебя. Не геройствуй. Достаточно узнать, где Эйвис.

— Возвращайтесь в замок и держите язык за зубами, насчёт того, куда я отправился. У вас там предатель, сразу донесёт вампирам, — «обрадовал» меня Леон.

Я думал, что Гио опять перестраховывается.

— Кто это? Скажи, мне. Император поручил найти того, кто сливает информацию вампирам, — прошу я Леона, надеясь, что он облегчит мне задачу.

— Конкретно не знаю кто. Но запах предательства в замке очень сильный. Про меня придумайте что-нибудь правдоподобное.

Леон раздевается. Мы с любопытством наблюдаем, как на белом снегу бесшумно появляется чёрная пантера. Как же прекрасен зверь.

Мы смотрим вслед, пока чёрная точка не растворяется на линии горизонта.

— Возвращаемся, — солдат кивает.

Повод коня Леона, я привязал к своему седлу. Мы в галоп помчались к замку. Нужно как можно быстрее доложить императору о похищении Эйвис вампирами.

Я отгородился от всех каменной стеной. Закрыл разум. Не хочу ни слышать, ни видеть никого. Отец пробился ко мне. Да, я знаю, что слаб сейчас. Но я отказываюсь быть сильным, если не могу защитить тех, кто зависит от меня.

Я схожу с ума. Начал слышать голоса мёртвых.

Она должна знать, как я сожалею о её смерти. Видит бог, я не хотел этого. Если бы можно было вернуть всё назад. Я бы ничего не пожалел для неё. Как Орфей спустился бы в ад за своей Эвридикой.

Где бы она ни была, я бы вернул её, если бы смог.

Больше я не слышу её голоса. Во мне зажёгся крохотный огонёк надежды.