Проблемы будут в обоих полярных случаях! В первом леди не захочет добровольно с ним расставаться, вцепится репьём, пойдёт на всё, чтобы задержаться в его постели подольше. В идеале – навсегда. Замучаешься отрывать.
Во втором случае ему придётся немало постараться, чтобы вообще её туда уложить. Потом, ему ли не знать, насколько коварными и безжалостными могут быть ведьмы?
Лучше бы она испытывала к нему нечто среднее: пусть он ей нравится, но не настолько, чтобы она хотела остаться навсегда. Или пусть только терпит, но без желания прибить или покалечить.
Нет, он справится, конечно, и не таким крылья обламывали! Но неизвестность и эмоциональные качели, которые устроила ему леди Юлика, всё сильнее и сильнее подстёгивали интерес.
И активизировали охотничий инстинкт.
Дело приобретало принципиальную окраску – он не он будет, если не прогнёт графиню под себя! Ведь добыча намного ценнее, если ту приходится долго выслеживать, потом догонять и ловить. Сопротивление привлекает и заводит, а покорность и раболепие, наоборот, убивают желание.
Только вот пока юная графиня демонстрировала совсем не девичье упрямство и не спешила падать ему в руки.
Опыт подсказывал, что невинная и неискушённая девушка, за которую всю жизнь другие люди принимали решения, не может держаться так уверенно и настойчиво!
Словно она его совсем не боится. Словно её магия уже на свободе и способна защитить хозяйку!
Но магическое зрение утверждало – цветок ещё не сорван.
Он видит её силу, чувствует, как та мечется под его печатью, манит, зовёт! Просит освобождения…
Инициации точно не было!
- Сам придумал, сам поверил. Придёт же в голову такая ерунда! – пробормотал он под нос. – Просто девчонка щедро одарена, и магия, даже не до конца пробуждённая, умудряется влиять на её сознание. А ещё добавляется страх перед неизбежным – все девицы, как огня, боятся мужчин и того, что мы с ними делаем. Вот графиньку и заносит. Ничего, к утру она у меня будет шёлковая!
Успокоившись, Ренард решил ополоснуться, но сначала надо было отпустить слугу – доверенного камердинера, что один из всех ещё оставался в доме.
Расстёгивая на ходу пуговицы, герцог подошёл к двери в коридор и открыл её.
Как и предполагалось, верный Анри находился там,
- Милорд?
- Всё в порядке, Анри. Сегодня ты мне больше не понадобишься, можешь уйти.
- А…
- Я пришлю вызов.
- Слушаюсь, милорд, - камердинер поклонился и ушёл.
