Пусть катится куда подальше. А у меня свободный вечер. Почему бы не провести его приятно. Вот только с кем? Хочу обязательно с кем-то. Но выбор, если так подумать, небольшой. Леня — давно нет, Макс — ни за что, Ник — тоже нет, общаться в дружеском ключе с ним хорошо, но вот что-то более серьезное — вряд ли. Мои нервы этого не выдержат.
О! Подскочила к тумбочке и вывалила из ящика ворох квитанций и листочков с записками. Нашла! Рисунок себя и номер на обороте. Егор. Зная себя, ни за что бы раньше не позвонила. Но сейчас у меня состояние аффекта, поэтому торопливо, пока не передумала и разум не преобладал над эмоциями, набираю номер художника на телефоне.
Егор ответил сразу, первый гудок еще не успел пройти.
— Алло.
Вот тут накатили привычные робость и смущение, тяжестью повиснув на груди.
— Егор? Здравствуйте. Это… — трусишка Саша, и она сейчас сбросит вызов.
— Саша! — обрадовался голос, не дав мне договорить. — Я так надеялся, что вы позвоните.
Мы проболтали с Егором не меньше получаса, он пригласил меня в кафе, я согласилась.
Сказал, что заедет минут через сорок. Настроения именно на свидание нет, но и не в джинсах же идти. Надеваю летний легкий сарафан, босоножки на танкетке. Ветровку с собой, ведь вечерами уже становится прохладно. Осталось только причесаться и сделать легкий макияж. Подхожу к зеркалу в ванной и… захотелось грязно ругаться. Под глазом красное пятно от удара телефона и от приложенного ранее холода. Завтра точно будет фингал и интрига среди коллег. Но и сейчас хорошего мало.
Кое-как закрасила красоту. Возьму с собой очки солнцезащитные. Такие, которые почти и не темные. Хотя от внимательного художника наверняка не скроешь такие огрехи.
Егор прибыл вовремя, на темно-синей спортивной машине с низкой посадкой. Прямо скажем, неожиданно. Все прошло чудесно. Мне очень понравились нежно-голубые цветы, которые подарил мне Егор, и кафе, оказавшееся невероятно уютным и атмосферным. И сама компания художника, с которым нашлось невероятно много тем для беседы. Веселый, остроумный, приятный, обходительный.
А главное, никаких мыслей о Ярославе. Нет-нет. Даже сейчас не думаю."
"Пришлось все же сознаться про удар под глазом — Егор заметил. А надо сознаться не столько в ударе, сколько в своей иногда накатывающей рассеянности и неуклюжести. Егор посмеялся, признавшись, что рассеянность — и его черта, но у него она выражается в том, что он часто уходит в свои мысли и может не замечать ничего не вокруг.
Домой как-то не очень хотелось.
