Суббота Воскресенского

Ариадна тогда ей написала: «Сколько сердец разбила?» И Женька ответила: «Не считала!»

– Так, у меня тренировка начинается, не могу больше говорить. Если найдешь спектакль, покупай билет.

Закончив разговор, Ариадна занялась изучением репертуара московских театров. На самом деле завтра у нее был запланирован мастер-класс в «Жирафе», для которого еще не все готово. Но подготовиться можно и позже, а с покупкой билетов тянуть не стоит. Весомая причина, чтобы поставить чайник. Под свежезаваренный чай искать спектакль гораздо лучше.

Идеей театра Ариадна была вдохновлена. Она уже и не помнила, когда в последний раз куда-нибудь выбиралась. Мероприятия «Жирафа» и корпоратив у Марка не в счет.

Словно почувствовав, что о нем вспомнили, Марк позвонил.

После всех этих дней молчания! После выплаканных в подушку слез! После того, как Ариадна решила, что теперь больше никогда его не увидит!

Она тупо смотрела на экран, читая его имя, и не сразу сообразила, что нужно нажать на соединение.

– Привет, – сказала враз севшим голосом.

– Привет, – ответил Марк. – Слушай, у меня тут ключи от помещения. Надин сказала передать их тебе.

– Ты сейчас где? Куда мне подъехать?

– А адрес у дома есть?

И Ариадна назвала адрес.

– О! Это недалеко. Минут через двадцать буду.

Что тут началось! Паника. Ариадна окинула взглядом свою маленькую, заваленную тканями и лоскутами квартиру. Он сейчас сюда приедет! Потом до нее дошло, что ключи Марк, скорее всего, просто передаст через порог и не увидит кавардак в ее обиталище.

В итоге, мечась по квартире, Ариадна сменила майку, забрала волосы в хвост, побрызгалась духами, на всякий случай почистила зубы и, пробегая по узкому коридору, задела плечом вешалку. Вешалка упала. И вся верхняя одежда оказалась на полу.

Когда раздался звонок, Ариадна открыла дверь, переступая через пуховик и держа в руке старую деревянную вешалку.

К такой встрече Марк оказался не готов.

– Э-э-э… что случилось?

– Вешалка упала, – пискнула рыжая.

Нет, он, конечно, мог бы вручить ключи и сказать: «Бывай», но с детьми и беспомощными так не поступают. Смутное и давно забытое чувство жалости робко шевельнулось в душе Марка.

– Молоток есть? – он даже не сразу понял, что произнес.

А поняв, тут же подумал: «Зачем я это спросил?»

– Да, – снова пискнула Ариадна.