Суббота Воскресенского

За кого его держат? За осеменителя, выполнившего свою функцию, чтобы потом раз в неделю на пару часов встречаться с собственным ребенком?

Гнев разгорелся в душе, перекрыл все эмоции и начал душить. А она сидела, смотрела на свои сцепленные в замок руки и ждала ответа.

Ответ все же нашелся.

– Нам надо пожениться.

– Что? – Полина подняла лицо, и Шевцов увидел ее удивленные глаза.

– Нам надо пожениться, – повторил он.

– Зачем? – кажется, она действительно не понимала.

Она все решила за двоих, а про то, что ее вариант выхода из ситуации может его не устроить, – не подумала.

– Я не хочу быть воскресным папой для своего ребенка, – твердо сказал Шевцов. – Я хочу, чтобы он родился в семье. В полноценной семье.

– Но как же мы будем жить… вместе? Мы же даже не пробовали.

– Вот и попробуем, – ответил он. – Выбирай территорию: твоя или моя?

Полина смотрела на него растерянно. Вероятно, такого поворота сегодняшнего разговора она не ожидала. Но других вариантов Шевцов не видел.

– Мне… мне надо подумать… – тихо сказала она.

– Подумай. Ужинать будешь?

– Я… не знаю… господи, я не готова выходить замуж! Я там уже была и…

– Я тоже там был, так что опыт имеется у обоих. В общем, ты тут посиди, а я быстро пожарю мясо.

Ему необходимо было что-то делать. Ужин оказался прекрасным предлогом. Когда Шевцов что-то делал руками, его мысли упорядочивались. Ребенок. У него будет ребенок…

На плите разогревалась сковорода, стейки были вынуты из целлофана, овощи вымыты.

У него будет ребенок.

Когда он уже окончательно решил, что эта сторона жизни его миновала. Осознание приходило постепенно, еще только-только, еще не до конца… и понимание, что это ребенок от Полины…

У жизни появился вдруг новый смысл. Он потом все это еще обдумает, постарается, а пока пусть будет ужин. Просто ужин.

Им в любом случае придется общаться. Быть вместе. Жить вместе.

Как все в итоге сложится, Шевцов не знал. Но главное сейчас – не торопиться и не наломать дров.

И был просто ужин. За которым он рассказывал о своей поездке в Питер и про письма, что принесла Надин.

Хотя имени бывшей жены Шевцов не произносил. Говорил просто про случайно найденные письма, которые могут привести к потомкам Отрадного, хотя вероятность очень маленькая. Кажется, Полина была рада смене темы и с интересом слушала рассказ.

Он знал, что теперь, благодаря ребенку, ничего не закончилось. Все только начинается. И это тогда, когда от жизни уже не ждешь открытий. Исторические не в счет.