Суббота Воскресенского

А у нее тип с ледяным голосом, который высек ее сегодня по телефону, и теперь очень хочется ему ответить.

– А мое сердце абсолютно свободно. Моя жизнь на сегодня – это лед.

В тот вечер, когда Шевцов сказал Полине: «Я к тебе навсегда», он не думал, что говорит что-то очень важное для нее и для самого себя. Он просто хотел ее успокоить, сказать, что не оставит одну в таком положении. Но чем больше проходило времени, тем чаще он возвращался к этим словам, понимая, что действительно хочет остаться навсегда.

Шевцов имел достаточный жизненный опыт, чтобы понимать: нет ничего вечного в этом мире, и словом «навсегда» не разбрасываются.

Однако знал он и то, что оставить своего ребенка – желанного, долгожданного, и женщину, которая ему его родит, – не сможет.

«Навсегда» приобретало смысл.

Олегу нравилась его новая жизнь. Нравилось просыпаться рядом с Полиной, заваривать ей по утрам чай, вместе завтракать, вечерами возвращаться в дом, где ждут. И пусть это была не его старая привычная квартира, а совершенно новое жилище – Шевцов удивительно легко адаптировался.

После того вечера, когда Шевцов заявил Дану, что любит Полину и собирается на ней жениться, он больше не говорил о любви. Олегу почему-то казалось это лишним, но в душе он точно знал, что любит. Наконец снова любит. Не как Надин, не той страстной, слепящей любовью, а другой – тихой, светлой и, наверное, по-настоящему зрелой. И эта зрелая любовь была очень теплой и уютной.

Шевцов любил их вечера – неторопливые, с ужином, разговорами и темным городом за окном.

Он рассказал Полине про свое расследование и надежду найти наследников князей Черкасских. Расследование Полину заинтересовало, и теперь они вместе ждали ответ на запросы, которые Олег сделал сразу в две организации, занимающиеся поиском людей. Там работали очень опытные специалисты, которые имели доступ к архивам.

В итоге предположения Шевцова подтвердились. Ирина действительно оказалась дочерью Георгия Вяльцева, который вместе с семьей уехал из Франции в США и устроился работать на завод «Форд».

А одна из его сестер осталась во Франции. Скорее всего, именно она и написала два письма из трех. После эмиграции все члены семьи носили фамилию Valsev, поэтому из-за слишком вольного перевода фамилии их следы затерялись. Женой George Valsev была Olga Valsev.

– Все сходится, – сказала Полина, когда Шевцов рассказывал за ужином полученные из агентств новости.

На столе были отварное мясо, гречка, свежие овощи. Только самое полезное.