Суббота Воскресенского

После больничного Полина вышла на работу, и как-то сразу стало понятно, что до официального декрета она вряд ли сможет вести такую же активную деятельность, как раньше. Слишком быстро начинала болеть спина, а мозг отказывался надолго сосредотачиваться на продвижении новых и старых банковских продуктов. Пошаливало давление, да и живот резко появился. Хотя в общем-то пора. Срок подходил такой, когда тайное становилось явным, и скрыть это тайное за широкими одеждами уже не удавалось. Полина ловила на себе заинтересованные взгляды коллег и старалась не обращать на них внимания, чем еще больше разжигала любопытство вокруг.

Оно и понятно, одинокая женщина за сорок в интересном положении.

Но она больше не была одинокой. Она была теперь не только с ребенком внутри своего растущего живота, но и с мужчиной – отцом этого ребенка.

Они жили вместе. Олег порой задерживался на работе или после университета заезжал к себе на квартиру взять какие-нибудь вещи или просто поработать в привычной тихой обстановке. Но ночевать всегда приезжал к Полине.

И покупал по дороге все необходимые продукты, не разрешая ей самой носить сумки.

В дни его задержек Полина ловила себя на мысли, что ждет Олега, ждет с нетерпением, даже скучает. Но знает, что еще чуть-чуть, и он приедет. Даже сомнений никаких не появлялось. Настолько все это стало вдруг надежным.

Сама она написала заявление на удаленку, которое было одобрено. Это давало возможность появляться в офисе два раза в неделю, проводить планерки и совещания, проверять сделанные задания, а остальное время работать дистанционно.

Двигать Полину с руководящего поста пока никто не собирался, а Дима под ее патронажем все больше набирался руководящего опыта. Он начинал давать задания Агнии. Пресс-секретарь первое время игнорировала такое положение дел и приступала к их исполнению только после прямой директивы Полины. Казалось, Агния уже видела себя будущим руководителем подразделения и не верила в кандидатуру Димы. Связи решают все. Особенно если это интимная связь с финансовым директором. Бедная девочка не знала, что Дима одобрен Свешниковым. Полина же об этом никому не говорила.

Даня звонил каждый день, три раза даже приезжал на ужин. Правда, не готовил, не хозяйничал, признавая в этом доме теперь другое мужское главенство. С каждым визитом сына обстановка за столом становилась все более свободной и непринужденной. Начались даже легкие подшучивания, что не могло не радовать Полину. Однако сын при этом не выглядел счастливым.