Суббота Воскресенского

А все дело в том, что профессор, вдохновленный осенним курсом лекций своего подопечного, уже придумал тему для весеннего цикла. Никак он не хотел отпускать Дана из университета. Тема, предложенная профессором, была интересная, но требовала основательной подготовки. Вот обсуждению этой темы и был посвящен телефонный разговор. В итоге до ледового комплекса Дан почти бежал и сел на свое место, когда в зале уже начал темнеть свет.

– Я думала, ты потерялся, – прошептала мама, поцеловав его в щеку.

– Я сам так уже думал, но вовремя нашелся.

С другой стороны от Дана сидели Марк с Ариадной. Они предложили ему посмотреть программку, пока еще не до конца стемнело. Дан поблагодарил, но отказался. Про состав он и так все знал, Женя ему подробно рассказала. Она вообще была захвачена этой постановкой, на катке пропадала целыми днями. Сначала тренировала детей, а потом ехала на поздние вечерние репетиции, возвращаясь домой ближе к двум ночи. А что делать? Днем лед в «Лужниках» занят секциями.

– Это прямо про Отрадное, – шептала Женька, засыпая у него под боком.

 – И мне опять дали отрицательную героиню. Вот судьба…

Наконец в зале стало полностью темно, и спектакль начался.

Действо Дана ошеломило. Это было не развлекательное шоу, а настоящий серьезный драматический спектакль. И хоть Дан не являлся специалистом в подобного рода жанре, он все же понял, что на льду происходит нечто выдающееся. Музыка, постановка, сама история и характеры героев через хореографию. И Эжени. Когда она выходила на лед, он не мог смотреть ни на кого другого.

Только на нее. Ее шаги и вращения, ее руки, ее поворот головы. А когда Женю поднимали в поддержках, Дан все время вспоминал о ее шраме на ноге и хотел крикнуть: «Отпустите скорее!» А она совершенно бесстрашно крутилась в этих поддержках, участвовала в номере с огнем и вообще была лучше всех.

В антракте Дан с мамой пошли в буфет выпить кофе.

– Ну как тебе? – спросил Дан.

– Очень красиво, – ответила мама.

– Женя лучше всех, – сказала она с улыбкой, и Дан понял, что мама над ним смеется.

– Я тоже так считаю, – невозмутимо согласился он.

В буфете продавали блины. Это была масленичная неделя. Завтра – Прощеное воскресенье, а они за все это время так ни разу с Женей и не поели блинов. Они и виделись-то только по утрам и ночью.

– Профессор блины, случаем, не печет? – поинтересовался Дан, с удовольствием уминая только что купленный со сгущенкой.

– Нет. У него, конечно, много талантов, но вот блины он пока не освоил.