Суббота Воскресенского

– Охота продолжалась, – ответил профессор, притормозив на светофоре. Они проезжали небольшой поселок, где за заборами весело пестрели астры.

Полина подумала, что очень хочет поставить дома букет из разноцветных астр. Только где их найдешь в Москве, все цветочные которых полны роз, орхидей и гербер? Если только у бабушек в переходах. Хотя… продают ли сейчас бабушки в переходах цветы? Полина вдруг поняла, что не была в метро несколько лет и совсем не представляет, как там сейчас.

– Просто к охоте, – продолжал свой рассказ Шевцов, – добавились балы, гулянья, фейерверки, катания на лодках, музыкальные концерты и крепостной театр.

– А музыканты? – это уже Даня включился в разговор. – Музыканты тоже были крепостными?

– В большинстве своем – да. Сохранилось упоминание об итальянцах, правда, в качестве учителей. Конечно, они участвовали в концертах и операх, но основу труппы составляли все-таки крепостные. Крепостной театр, как и вообще русский театр, – это явление в XVIII веке. Петр I хорошо понимал значение театра.

Он приказал соорудить в Москве на Красной площади «Комедийную хоромину». По его указанию все пьесы должны были ставиться на русском языке, «дабы всякому понятно было». Ну а дальше… Сумароков, Фонвизин, который, кстати, кроме написания собственных пьес был еще отличным переводчиком. А в Зимнем дворце существовал малый театр, в котором придворные разыгрывали пьесы, написанные Екатериной II. Вот такой он – XVIII век, век Просвещения, менуэтов, треуголок, париков, табакерок…

– И шпаг, – зачем-то добавила Полина, вспомнив любимый фильм юности «Гардемарины, вперед!».

– И шпаг, – согласился Шевцов.

Вскоре они приехали. Остановились перед высокими коваными воротами. Ворота были закрыты.

Оказалось, что Отрадное-Черкасское совсем недалеко от Москвы.

– Всего сорок минут от окружной, – с удивлением заметила Полина.

– Все верно, – улыбнулся Шевцов. – Хотя по меркам того времени не так чтобы совсем близко, но все же и не далеко для многочисленных гостей имения. Ну что, выходим.

Сбоку от ворот находилась калитка – такая же кованая, кружевная, через которую было видно будку охранника. Шевцов подошел к калитке, навстречу ему вышел крупный мужчина в характерной униформе.

– Здорово, Сергей Владимирович, – поздоровался профессор.

– Здорово, – неторопливо ответил охранник и окинул взглядом компанию за спиной Шевцова. – Все неймется тебе?

– Работа, – пожал тот плечами. – Нужно людям из Москвы показать усадьбу, обещали помочь с деньгами.