Суббота Воскресенского

Он думал одно, а теперь выясняется, что Надин просто хорошо знала свои границы любовницы, за которые переходить не положено, если хочешь не усложнять. Только однажды эти сдерживаемые границы начинают напоминать тюрьму. Не это ли она почувствовала, решившись на разрыв?

Почему не поговорила с ним? Почему все решила сама?

Свешников, в отличие от Надин, ничего не закончил. И даже не собирался.

Оправившись от первого потрясения, а оно все же было, он подошел к ситуации так, как подходил к решению сложных задач в бизнесе, где эмоции – очень плохой советчик.

А значит, нужно проявить терпение и разобраться во всем спокойно.

Что Надин нужно на самом деле?

Что он готов ей предложить?

Вопрос такой же интересный, как и заданный ею в кофейне.

Павел должен был признать, что за время их отношений Надин прекрасно его изучила.

И ни разу этим не воспользовалась. Почему?

Ответы на все эти вопросы он обязательно получит, а пока стоит, пожалуй, ей написать.

Павел: Доброе утро. Как у вас дела?

Пока ждал ответа, поднялся в комнату дочери.

Он смотрел теперь по-другому на ее обиталище. На полке в ряд стояли книги. И про многие из них Лиза писала в своем блоге, делилась впечатлениями.

Что в голове у семнадцатилетней девочки? Сплошная романтика. Лиза читала в основном молодежную литературу, в которой освещалась школа или учеба в институте, первая любовь, проблемы в отношениях с родителями.

Интересно, какие, с ее точки зрения, у них проблемы? До недавнего времени Свешников искренне полагал, что проблем общения у них нет.

Но, может, он повторяет ту же ошибку, что и в случае с Надин? Считает, что все в порядке, а на самом деле…

Да, здесь тоже есть над чем подумать.

Около стола висел небольшой мудборд с открытками. Раньше Павлу казалось, что это просто девочкино увлечение, сейчас он знал, что эти открытки дочь получила в подарок от своих подписчиков. Свешников наудачу снял со стенда одну открытку и повернул другой стороной. Так и есть.

Свешников вернул открытку на место. Остальные тоже можно было бы прочитать.

Но он не стал. Это как подсматривать в замочную скважину. Надо уважать личное пространство человека и наконец признать, что его дочь выросла, у нее начинается уже собственная, отдельная от него жизнь. И это только первые шаги.

Чувства от осознания данного факта были смешанные. Легкая грусть, ревность, беспокойство. Ведь Лиза еще такая маленькая, неопытная, и любой может воспользоваться ее наивностью. Любой! Даже там, в Сети.