Суббота Воскресенского

– Я принес итальянские спагетти и бутылку лучшего оливкового масла. У нас сегодня намечается итальянская гастрономическая вечеринка.

– Я не против, – Полина положила на столик выключенный телефон. – Тетя Нонна передавала тебе привет.

– Привет получил. Как у нее дела?

Даня направился на кухню, Полина последовала за ним.

– Нормально, переживает, что близнецы не сдадут ЕГЭ.

– Сдадут, куда они денутся.

– Вот и я ей ответила то же самое.

Полина смотрела на принесенные сыном продукты. Судя по всему, Даня встречался с отцом, и это итальянские подарки.

– Все в порядке? – задала она свой обязательный вопрос.

На этот раз вопрос касался не только бывшего мужа. Полине хотелось спросить: «Ты был с Женей? Как у вас все? Ты не выглядишь, как выглядят влюбленные после совместной ночи».

Полина многое хотела спросить.

Но Даня стоял спиной, искал кастрюлю, наливал воду, потом открыл холодильник. И Полина просто села за стол – наблюдала. В который раз удивлялась, какой у нее взрослый сын и как он похож на своего отца – деловитостью, умом, легкостью.

– Откуда такой тяжелый вздох? Работала?

– Значит, вкусный ужин ты честно заслужила.

На сковороде уже шипели мелко порезанные помидоры и болгарский перец.

– Я считаю, что заслужила еще и концерт. Поиграешь мне немного?

Пауза в ответе была ощутимой. Полине даже показалось, что спина сына чуть напряглась, а потом прозвучал безмятежный ответ:

После ужина он ей сыграл.

– Что ты хочешь услышать?

Даня кивнул, положил руки на клавиши, и вскоре послышалась музыка. «Верано портено» Астора Пьяццоллы. «Лето» из цикла «Времена года в Буэнос-Айресе». Только Полине никогда не казалось, что это лето и что это Буэнос-Айрес. Каждый раз, слушая данную композицию, она думала, что это осень в Москве и что эта музыка про нее. Четкие танговые ритмы – постоянные битвы на работе, проигрыши и победы; медленные лиричные переливы – прогулки по парку, листья под ногами, темный город, когда Полина возвращается домой, бокал вина в кафе с друзьями.

Полина сидела на диване, слушала необыкновенной красоты мелодию, смотрела на руки сына и думала о том, что сегодня он играет это произведение по-другому. Более резко, даже с надрывом.