– Я просто думала…
– Она думала, – перебила ее Даша, – что мы прямо сегодня вернемся в город. Представляешь?
Клим смерил Алю удивленно-задумчивым взглядом, спросил:
– Прям сегодня? А зачем?
Алисе вдруг стало стыдно. Ну что же она, в самом деле, ведет себя как ребенок? А она же не маленькая, ей почти восемнадцать. И вообще, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. А родители вернутся только завтра вечером. Может быть, она сможет их опередить. О том, что случится, если не успеет, подумать было страшно, и Алиса не стала об этом рассуждать.
– Все в порядке, – сказала она решительно и даже нашла в себе силы улыбнуться. – Я могу вернуться в город завтра.
– Да? – В голосе Клима ей почудилось разочарование. – А то, если хочешь, провожу тебя до стоянки такси. Тут недалеко.
– Климушка, – вмешалась в разговор Даша. – Аля ведь уже сказала, что может вернуться завтра. Тем более что ты сам, – она сделала ударение на слове «сам», – просил, чтобы я уговорила ее поехать с нами. Не нужно быть таким чудовищно застенчивым, лучше покажи Але свою хижину.
Клим кривовато усмехнулся – Алиса уже заметила, что все улыбки у него вот такие, кривовато-ироничные, во всяком случае, те, что адресовались ей, – поднял с земли корзину с провиантом, сказал:
– Ну, пойдем, что ли?"
"«Хижина» Клима оказалась огромной, двухэтажной. На первом этаже – каминный зал с мягкими кожаными диванами, пушистым ковром, акварелями на стенах и самым настоящим камином; кухня и столовая с длинным дубовым столом, за которым с легкостью разместилось бы два десятка гостей; бильярдная и библиотека.
Были еще какие-то подсобные помещения, но Клим их показывать не стал, сразу увлек Алису на второй этаж, по пути забрал ее папку, зашвырнул на каминную полку. На втором этаже располагались спальни и гостевые комнаты.
– Ну, вот так и живем, – сообщил Клим, заканчивая экскурсию по своим владениям.
– Да, – сказала Алиса, просто чтобы хоть что-нибудь сказать.
Они стояли на террасе, широкой лентой опоясывающей весь второй этаж.
Клим курил, а Алиса смотрела на открывшуюся панораму – тихую речушку в обрамлении старых, но еще крепких верб.
– Там неплохой пляж, – сказал Клим. – А выше по течению – хороший клев. Мой отец – заядлый рыбак.
Парень стоял, облокотившись о перила, вполоборота к ней. От приятных воспоминаний его лицо сделалось мягче, даже линия подбородка утратила былую категоричность, в чертах появилось что-то мальчишеское.
