Судьба бастарда

Когда разведка подтвердила, что враг готовится начать наступление, я собрал всех свободных бойцов. Солдаты, покрытые пылью и грязью, с впалыми щеками, но с горящими глазами, выстроились в шеренги. Никто не опускал взгляд. Они знали, что впереди будет бой, возможно, самый решающий за всю войну. И для многих этот бой будет последним.

Я поднялся на наспех сколоченную трибуну, чтобы все могли меня видеть и слышать. Ветер трепал мою шинель и имперские флаги за моей спиной. Холод пробирал до костей, но это только добавляло моменту драматизма.

– Солдаты и офицеры! – начал я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и твёрдо. – Мы с вами прошли многое. Сдерживали врага, когда казалось, что всё потеряно. Громили превосходящие силы противника. Показывали, что калдарийцы могут быть побеждены, что они не такие уж и непобедимые. Сегодня перед нами стоит новая задача. Задача, которая решит судьбу не только нашу, но и всей империи.

Я сделал паузу, давая им время осознать мои слова. Кто-то из солдат сжал в руках винтовку, кто-то опустил взгляд, но все слушали внимательно.

– Позади нас Арцбург, – продолжил я. – Это сердце империи. Город, с которого началась наша великая история. Захватив его, враг не просто получит территорию – он нанесёт удар по нашему сердцу, нашей гордости, нашей вере в себя. Мы не можем этого допустить.

Я обвёл взглядом строй. Теперь никто не отводил глаз.

– Дальше отступать некуда! – сказал я громче, чтобы мои слова эхом разнеслись по всему лагерю.

– Там, – я взмахнул рукой в сторону видимых вдалеке шпилей древнего города, – для нас земли нет! Здесь наш последний рубеж!

Солдаты молчали, но в их глазах начинал загораться тот самый огонь, который не раз приводил нас к победе.

– Велика империя, да дальше нам отступать некуда! Позади Арцбург! – крикнул я, поднимая руку.

Мой голос перекрыл свист ветра, отозвался в каждом сердце. Солдаты ответили дружным, как сталь, рёвом:

В этот момент я видел, что мы едины. Каждый из них понимал, что это не просто бой – это бой за всё, что мы любим и во что верим. Бой за само право существовать.

Враг обрушился на нас с яростью, которая граничила с безумием. Их атаки следовали одна за другой, волнами, словно они забыли, что такое страх.