Судьба бастарда

Она таскала свои игрушки и усаживалась на мои колени, требуя, чтобы я рассказывал ей сказки. Иногда она засыпала у меня на руках, и я, стараясь не разбудить её, осторожно передавал её Софи.

Софи тоже становилась ближе. Мы говорили о жизни, вспоминали её прошлое, делились надеждами на будущее. Она начинала доверять мне всё больше, а я находил всё больше причин оставаться здесь и защищать их.

Но, несмотря на эту тёплую идиллию, в воздухе витало напряжение. Я понимал: эти спокойные дни – лишь передышка перед новой бурей.

День шёл своим чередом. Софи развешивала постиранное бельё, а Полина, сидя на полу, сосредоточенно возилась со своими игрушками, что-то бормоча себе под нос. Я, как обычно, занимался мелкими домашними делами – сегодня чинил старый стул. Вдруг раздался стук в дверь. Он был негромкий, вежливый, совершенно не похожий на те, что мы привыкли слышать от незваных гостей.

Софи выпрямилась и бросила на меня встревоженный взгляд.

– Ты слышал? – тихо спросила она.

Я кивнул, откладывая инструмент.

– Оставайся с Полиной, я посмотрю, кто там.

Но Полина, как обычно, проявила свою природную любознательность. Она поднялась на ножки и потянулась к прихожей.

– Кто там, мама? – спросила она с лёгким испугом в голосе.

Софи, осторожно отстранив её, подошла к двери и приоткрыла её ровно настолько, чтобы увидеть, кто снаружи. На пороге стоял молодой человек в аккуратной форме с эмблемой императорской канцелярии. Он снял фуражку и поклонился.

– Госпожа Вайсберг? – учтиво спросил он.

– Да, это я, – ответила Софи, стараясь скрыть волнение.

– У меня для вас послание от Его Величества. Прошу принять. – С этими словами он протянул ей запечатанный конверт с императорской печатью.

Софи взяла конверт, осторожно придерживая его обеими руками. Полина, выглянув из-за её юбки, внимательно разглядывала посыльного и, как только он поклонился и ушёл, радостно воскликнула:

– Мама, письмо! Настоящее письмо! Это мне?

– Нет, милая, это для нас обеих, – мягко ответила Софи, хотя в её голосе звучала тревога.

Я подошёл ближе, глядя на конверт.

– Что-то важное? – спросил я, пытаясь понять причину её напряжения.

Софи медленно кивнула и, аккуратно разорвав печать, развернула лист плотной бумаги. Она пробежала взглядом по строкам, а затем прочитала вслух:

– Её светлости, госпоже Софи дель Вайсберг, и её дочери Полине дель Вайсберг.