Судьба бастарда

Другие кадеты могли лишь смотреть на него с уважением и даже некоторым замешательством – старшина не давал ни одному из них расслабиться.

С каждой минутой капитан убеждался, что в этом мальчике есть нечто большее, чем просто природная выправка. В нём ощущалась внутренняя сила, которая обычно присуща тем, кто уже прошёл через службу. Сложно было представить, что Эрвин мог обладать таким опытом, но его поведение, собранность и умение брать на себя ответственность заставляли задуматься.

«Это не просто высокий рост и комплекция, – размышлял Штайнер, потирая подбородок, – здесь что-то большее.

У этого парня хватит выдержки и силы духа, чтобы справиться с тем, что другим покажется непосильным. Может быть, ему и правда удастся пройти путь, который многие не в состоянии завершить».

Вайс тем временем продолжал строевые упражнения со своими подопечными, и каждый раз, когда кто-то сбивался, он уверенно корректировал их, показывая на своём примере, как должно быть. Его не раздражали их ошибки, он спокойно давал понять, что требуется, и вёл их за собой, словно знал точно, как достичь необходимого результата.

«Если так в первые дни, то что же будет дальше?» – думал капитан, продолжая наблюдать за Эрвином.

Гонять своих подчинённых у мальчишки Эрвина Вайса получалось просто отлично. Штайнер, стоя у окна, не мог не отметить, с каким упорством и эффективностью тот добивался от новобранцев слаженности и порядка. За какие-то несколько дней мальчишка превратил это форменное стадо в некое подобие армейского строя, с чёткими линиями и готовностью слушаться старшину с первого же приказа.

Штайнер сдержанно усмехнулся, мысленно отдавая должное этому неожиданному таланту. «Не каждый опытный фельдфебель сумеет за такой короткий срок привести подразделение к такому результату, да ещё и без мордобоя», – пронеслось у него в голове. В его памяти всплыли образы новобранцев прошлых лет, где казалось, что каждый шаг и каждый поворот у них отрабатывались месяцами.

«Если так пойдёт и дальше, – думал Штайнер, не без гордости, – то на церемонии принесения присяги наш второй факультет будет выглядеть не хуже, а, пожалуй, и лучше этих выскочек с первого».

С этими мыслями он отошёл от окна, вздохнул и поймал себя на мысли, что уже начал, как говорится, «болеть» за своих подопечных, за свой второй факультет. Он на секунду застыл, осознавая это. Ирония судьбы – ведь ещё совсем недавно он всеми правдами и неправдами стремился попасть на первый.