— Почему в нашем мире джентльмен должен жениться на леди, если их застали наедине просто за разговором? Разве он посмел что-то сделать? Или сказать? Эти встречи часто совершенно невинны, но никому до этого нет дела. Если после подобного джентльмен не женится на девушке, она обесчещена на всю жизнь и никогда не выйдет замуж. Да и на репутации мужчины тоже останется пятно. Таковы правила этого мира. Теперь подумай о том, что произошло с нашей матерью. И у тебя не останется вопросов.
Невероятная боль затопила Кел.
Схватился за что-то, чтобы сдержаться и мгновенно не броситься к ней. Я понимал — помешаю, а Келлия должна выслушать горькую правду до конца.
— Поэтому вы не слышали меня, когда я снова и снова заявляла, что мама жива, и я чувствую это? — очень тихо прошептала Земляника.
— Малышка, мы, правда, были уверены, что она погибла, — тяжело вздохнул капитан. — Твои же слова иногда коробили нас, верить в них было сложно.
Капитан заходил по балкону из стороны в сторону.
— Ты не понимаешь, что, если бы не истинная связь с Бреном, ты осталась бы старой девой? После возвращения нашей матери, покрывшей себя позором, ни один порядочный джентльмен не захотел бы жениться на тебе.
Молчание Кел было потрясенным и недоверчивым.
— Но разве лорд Ченинг не просил моей руки? — тихо уточнила она, а я вновь почувствовал дикую ревность к этому неизвестному мужчине, как до этого в закрытом саду.
— Ченинги не знают, что леди Оринис жива и вернулась, — сухо отозвался капитан. — Отец приказал всем обитателям крепости молчать об этом обстоятельстве.
Столько, сколько получится.
В наступившей тишине Келлию затрясло от обиды и разочарования. А меня – от еле сдерживаемого невыносимого желания оказаться рядом с ней и успокоить.
— Но ты же не её муж! — сдавленно выдавила Кел. — Почему ты так...?!
— Орки — дикари, — хмуро буркнул Алфи Оринис. — Не верю, что она чиста. Это невозможно. Что бы она не говорила. Смотрю на нее и ... Я тоже переживаю, Кел. Я не железный и не бессердечный.
— Орки не хуже и не лучше нас. Они не дикари. Воины, да. Но в остальном такие же, как мы. Как драконы. Я жила в Астании и знаю, о чем говорю. Маму никто не тронул и пальцем.
Возмущению и гневу Земляники не было предела.
— Кел...
— Да даже, если и так! — в ярости процедила Келлия и топнула ногой. — Даже, если так! — воскликнула она. — Вы оба неправы в своем отношении к ней! Мама любит вас. Мечтала вернуться. Она не виновна в том, что случилось.
