Моя любимая оказалась дочерью моего врага, мой брат – не братом, долгая, разорительная вражда, как выяснилось, была порождена ложью, из-за которой невинный ребенок едва не был жестоко убит, да и мог навсегда лишиться всего, что полагалось ему по праву рождения, а девушка, которой я доверял, призналась, что лгала мне с самого начала.
– Но ты не всегда верил Мэлди, пока она находилась в твоем замке.
– Вижу, ты завоевал её доверие, – проворчал Балфур, немного удивленный, что Мэлди столь многим поделилась с додственником.
– Нет, не всегда, и в конце концов стало ясно, что я был прав, подозревая, будто она ведет какую-то игру. Она скрывала множество тайн и лгала мне. Я лишь догадывался, что не все ладно. Теперь же, хоть я и могу понять твою заботу о племяннице, сей спор лишь оттягивает нашу с ней встречу. Я уже сказал всё, что намеревался. Прочие же объяснения прозвучат только между мной и Мэлди.
– Она на восточном берегу озера.
Медленно поднимаясь, Балфур старался не выглядеть как громом пораженным.
– В самом деле? Больше никаких вопросов? Даже не спросишь, каковы мои намерения?
Колин лишь улыбнулся:"
"– Мне думается, все они благородны, иначе ты бы не примчался за девушкой сюда.
И уж конечно, не сидел бы здесь, терпеливо отвечая на весьма дерзкие вопросы. Но если ты приехал, чтобы и дальше ее бесчестить, то не покинешь моих владений живым. А теперь иди, поглядим, сможешь ли ты привести эту дурочку к вечерней трапезе. Она даже не поела как следует.
Балфур едва сдерживал смех, глядя на лэрда:
– Может, Мэлди и не росла среди своих родичей, но сейчас я начинаю понимать, что означает поговорка: «Кровь не водица».
– Выходя из зала, он слышал за спиной смех Колина.
Балфуру понадобилась недюжинная сила воли, чтобы, вскочив на коня, не пустить его тут же в галоп. Мысль, что Колин мог увидеть его, либо прослышать о его торопливости, и от души над тем посмеяться, придала Балфуру сил вести себя так, словно он не чувствовал особой спешки. К тому же Балфур подозревал, что, приближаясь к озеру стремительным галопом, он легко может спугнуть Мэлди и дать ей время спрятаться или убежать.
Меньше всего он хотел тратить столь драгоценные минуты, гоняясь за ней по лесам. Ей давно пора перестать читать его мысли и чувства и выслушать, наконец, что он собирается сказать.
Вздохнув, Мэлди насадила наживку на крючок и забросила удочку. Оказавшись во владениях родни, она много дней проводила, лежа на мягкой траве у самой кромки воды, притворяясь, что ловит рыбу.
