И помогать-прикрывать товарища в этом занятии тоже действо святое – ведь завтра и тебе может понадобиться куда-нибудь срочно свинтить, ну мало ли, жизнь – она еще та веселуха. Так что «товарища выручай» четко работает, но без излишнего усердия в виде «сам пропадай». К тому же – не твое собачье дело, куда и кто собрался, можешь прикрыть – прикрой, не можешь – молчи в тряпочку и делай вид, что человек «где-то здесь, но в туалет вышел».
Это, разумеется, был конкретный косяк менеджера Каро Олега, но не только в нарушении правила дело.
Задавать подобные вопросы коллеге из другого отдела, да еще и занимающему гораздо более высокую должность, чем ты, к тому же обличающим тоном из разряда «Ты гулять собралась, когда мы все тут горим на работе?», с подтекстом «А вот я сейчас доложу» – это жесткий моветон. Просто полный треш. Так накосячить – это надо постараться.
Был бы он просто коллегой, Агата бы не преминула приложить от души «теплым словом». Но дело в том, что полтора месяца назад Олег Каро перестал быть для нее просто менеджером из другого отдела, поменяв статус на близкого друга.
До полноценного бойфренда Каро пока не дотягивал, и, понятное дело, «така любовь» их обоих внезапно не накрыла – так, на уровне необременительных ухаживаний с сексом по выходным на ее территории. Пока только в этих рамках, с неясной перспективой. Вроде как присматриваются друг к другу. Но на право задавать ей столь прямые вопросы Олежек все же пока статусом не тянул.
И понимал это. Как и то, насколько сильно он сейчас облажался.
– Я же в отпуске с сегодняшнего дня, – напомнила Агата, по большому счету снизойдя до прощения и ответа.
– Да? – искренне удивился Каро.
– Да, – подтвердила она, в свою очередь удивившись его забывчивости. – Я тебе говорила.
– И зачем ты тогда в контору приходила?
– Получить отпускные, передать дела Лагиной, – пожала плечами Агата.
– А-а-а, – протянул Олег, не зная, как выпутываться из ситуации, и спросил, без особого интереса: – И куда сейчас?
– Как куда? – еще больше подивилась Агата.
– Собираться. У меня же самолет ночью.
– Какой самолет? – встрепенулся вдруг заинтересованностью Олежек.
– Как какой? – не поняла, почему он спрашивает, Агата. – В Крым. Я же тебе говорила.
– Когда это ты говорила? – ухватился тот за возможность перевести тему и покосился в сторону выброшенной, уже потухшей сигареты, явно сожалея, что поторопился с конспирацией.
– В воскресенье, когда ты у меня был. И позавчера, когда купила билет, – напомнила ему Агата.
