Во все времена в любом обществе выше всего ценились и необходимы были деятели, а не нахлебники. Вот, например, Глаша будет доктором, это настоящее делание пользы людям. Инженер – это деятель, строитель, рабочий, архитектор, учитель.
– Ба, – заливалась тихим смехом не умевшая расстраиваться надолго Агаша, – ты искусствовед, ты тоже нахлебник?
– Конечно, – соглашалась с ней бабуля, – да еще какой. Только искусство – вещь весьма неоднозначная, и уровень интеллектуального и духовного развития общества зависит от него так же, как уровень жизненных сил от куска хлеба.
Так что тут не все настолько просто и очевидно, как кажется на первый взгляд. Но соглашусь, тоже иждивенческая профессия.
– Хорошо, тогда какую, как ты считаешь, я должна выбрать себе профессию? – задала прямой вопрос Агата.
– Так бог тебя знает, детка, – смеялась бабуля, – ту, что тебе по душе придется и которой тебе будет в радость заниматься.
Помогла, ничего не скажешь. А что куда ей там придется и будет в радость?
Подумала-подумала Агата, прикинула и решила поступать в химико-технологический имени Менделеева, выбрав себе факультет сберегающих химических процессов и биотехнологии.
Ну, во-первых, потому что хорошо знала и любила химию и физику, а во-вторых, если уж что-то делать в жизни, то с прицелом на помощь природе и улучшение экологии земли. Как-то так аргументировала она свой выбор семье и себе лично. И, как ни странно, поступила на бюджет.
Бабушка, между прочим, одобрила, правда, не смогла не внести элемент сомнения, заметив:
– Главное, чтобы это не было настроенческое решение, под влиянием момента и потому, что тебе просто надоело, как вы говорите, париться с выбором.
Прислушавшись к себе, Аглая поняла, что нет, не настроенческое решение, а вполне себе обдуманное, по крайней мере, учиться на биохимика ей было гораздо интересней, чем на маркетолога. На том и успокоилась. И неплохо училась, кстати, а в процессе учебы так и вовсе всерьез увлеклась будущей профессией.
Да, кстати, про бабушку и папу. Так вообще-то странно.
Ведь бабуля долго не могла простить Власу Антоновичу безрадостной женской судьбы вечной любовницы, на которую тот обрек ее дочь. И все годы, что Анна жила-встречалась с Власом Антоновичем, Кира Львовна категорически отказывалась с ним знакомиться. Но, когда Соболевский с Анной поженились, все-таки снизошла и наконец познакомилась-пообщалась с новоявленным зятем.
