Судьба

Замечая, что я на них смотрю, улыбается злорадной улыбкой, поглаживая Роберта по спине. Я не умею играть в такие игры. И не готова к этой битве. Я заведомо проигравшая. Вижу, как Соколов с Робертом медленно отходят от женщин. Роберт бросает в мою сторону предостерегающий взгляд, скрываясь в темном коридоре.

Я больше не в силах сдерживать свои эмоции. Я должна немедленно уйти отсюда. Говорю подруге, что мне нужно в туалет, и срываюсь с места. Ксюха бежит за мной. Проталкиваюсь через толпу, бегу, никого не замечаю.

Бегу не от него – от самой себя. Подруга что-то кричит мне вслед, не слушаю ее. Нахожу туалет, влетаю в него, следом забегает подруга. У меня кружится голова, смотрю на себя в зеркало и ужасаюсь: бледная, ужасно бледная. Ксюха запирает за нами дверь.

– Да что происходит? От кого ты так бежишь? – смотрит на меня непонимающим взглядом. Поворачиваюсь к ней, прислоняюсь к раковине.

– Ты знала, кому принадлежит этот проект? Знала, кто заказчик?

– Ну, знала. Соколов. И что? – ее глаза бегают.

Она действительно ничего не понимает.

– А Соколова – жена Соколова Владимира Ивановича, – поясняю ей.

– Ну и? – разводит руками, не понимая, к чему я веду.

– А Елена – их единственная дочь! – Нет, она все-таки меня не понимает. – Елена, жена Роберта. И они сейчас здесь всем своим счастливым семейством, – иронично, сквозь грусть улыбаюсь.

– Лизочка, милая. Я действительно не знала. Ты же не думаешь, что, зная это, я притащила бы тебя сюда? – с волнением оправдывается Ксюха.

– Я знаю. Я верю, что ты не знала. Мне надо немедленно убраться отсюда.

– Да, конечно. Сейчас я скажу Леше, что нам надо срочно уехать, – Ксюха разворачивается, идет к двери.

– Стой. Нет, не нужно говорить Леше. Тем более увозить его отсюда. Для него это важно. И ты тоже должна остаться с ним, – глубоко вдыхаю, не знаю почему я так волнуюсь, мне не хватает воздуха. Открываю воду, брызгаю на лицо, пытаясь привести себя в порядок.

– Прости меня, – тихо говорит подруга.

 – Это я во всем виновата. Это я толкнула тебя к нему. Я думала… – она прерывается, сама глубоко вдыхает. – Я думала, так будет лучше. Ты просто… – опять замолкает. – Если б я знала, что для тебя это станет так серьезно. Я бы никогда, слышишь никогда…

– Прекрати! – тут уже я прерываю ее тираду. – Ты ни в чем не виновата. Я взрослая женщина. Должна была думать сама. И о какой серьезности ты говоришь? Ты прекрасно знаешь, что это невозможно.