Судьба

Его грубых и одновременно таких трепетных ласк. Его голоса. Шепота в мои губы. Стука его сердца, который меня успокаивал.

Я чувствовала себя уставшей и измотанной, ничего не хотелось: ни есть, ни пить. Ксюха пыталась накормить меня, но мне просто ничего не хотелось. Нужен был только Роберт. Подруга обижалась на меня, ругала, уговаривала. Иногда я поддавалась лишь для того, чтобы у меня оставались силы ходить по этому белому коридору.

Вчера состояние Роберта стало просто стабильным, уже не тяжелым. Но к нему все равно ни пускали.

Сейчас я сижу на белом диване в приемном покое, смотрю в большое светлое окно. На улице бушует метель, кружа белые хлопья снега. Мимо меня проходят разные люди: плачущие родственники безнадежно больных, тени людей, которые потеряли своих близких, или бьющиеся в истерике от отчаяния. Иногда мелькали и счастливые лица тех, чьи родные вылечились. Я старалась не замечать их, не думать. Обстановка все больше и больше угнетала. Хотелось забиться в угол и рыдать. Но я дала себе слово не плакать, и с тех пор из моих глаз не пролилось ни одной слезинки.

Ко мне подходит только что пришедшая Ксюша. Садится напротив меня, внимательно осматривает, недовольно хмурится.

– Давно ты на себя в зеркало смотрела? – с недовольством спрашивает она.

– Не знаю, а зачем? – продолжаю смотреть в окно на кружащийся снег.

– Елизавета, так нельзя. Ведь ему уже стало лучше. Когда ты последний раз спала?

– Сегодня. Я спала сегодня.

– Где? Вот на этом диване? – ее голос возмущенный, но мне все равно, я не могу его оставить.

– Что ты хочешь от меня?!

– Я хочу, чтобы ты поехала домой, приняла душ, нормально поела, выспалась и появилась здесь только завтра. Если хочешь, я здесь останусь, пока ты не приедешь.

– Нет, я не могу. Когда он очнется, я должна быть здесь.

Ксюха морщится, пытается возразить, но ее останавливает появившейся Дан.

– Привет, королева. Как ты? – спрашивает он, садясь рядом со мной, слегка обнимая. Он называет меня королевой, не знаю почему, но я не спрашиваю.

Кажется, он вообще не называет женщин по именам. Ксюху он называет Дюймовочкой. Смотрю на них и не понимаю, что между ними происходит. На минуту их взгляды встречаются, и они замирают. Но через минуту первый приходит в себя Дан, разрывая их контакт, подруга отворачивается к окну и тут же замолкает.

– Нормально, все нормально, – отвечаю ему.

Дан кажется хорошим парнем. Он всегда собранный, в меру спокойный. Наверное, он вообще не эмоциональный.