Судьба

Открываю глаза, мальчик несется ко мне с криком: «Лиза, он опять меня пугает». Вслед за Ильей идет Роберт. Мальчик подбегает ко мне, обнимает за шею.

– Роберт, прекрати пугать ребенка, – наигранно грозным тоном говорю я.

– А что я такого сделал? Мы просто играли. Он опять прибежал к тебе жаловаться? Ты его чересчур балуешь и оберегаешь. А он мальчик. С ним надо быть строже.

– Но он еще маленький!

– Лиза, мужчину надо воспитывать с детства.

– Илюша, иди к бабушке, попроси ее достать из холодильника мороженое, – говорю я мальчику, целуя в щеку.

– Шоколадное? – восторженно спрашивает он.

– Да, шоколадное.

Илья отрывается от меня, весело несется в сторону дома.

– Опять будешь отчитывать меня за неправильное воспитание ребенка? – насмешливым тоном спрашивает Роберт.

– Да, буду. Ты слишком строг к нему, – Роберт опускается передо мной на корточки, внимательно смотрит в глаза.

– Я постараюсь быть помягче. Но и ты должна понять, что он будущий мужчина, и силу характера надо воспитывать с детства, – Роберт кладет обе руки на мой живот, тихонько поглаживает.

– Как там моя маленькая Елизавета вторая?

– Она спит, – отвечаю, зарываясь пальцами в волосы Роберта. – И, по-моему, мы уже решили, что не будем называть нашу дочь Елизаветой.

– Ну, решила это ты. А я до сих пор хочу, чтобы у нас в доме было две моих девочки. Две Елизаветы. Елизавета первая, – Роберт покрывает нежными мимолетными поцелуями мой внушительный живот. – И Елизавета вторая, – отрывается от моего живота, заглядывает в глаза.

– И не надо на меня так смотреть.

– Как «так»? – усмехается он.

– Ты прекрасно знаешь, как на меня действует твой взгляд, и пользуешься этим, – отрываюсь от его завораживающего взгляда.

– Знаю, – самоуверенно заявляет он. – Ты сама сказала мне, что стала моей, как только посмотрела мне в глаза, – берет меня за подбородок, поворачивает к себе.

– Роберт, мне не нравится эта идея. Назвать нашу дочь так же, как меня.

– Анастасия? – смотрит на меня заинтересованным взглядом. – А что, Анастасия мне тоже нравится. Я подумаю над вашим предложением, Елизавета Андреевна."

"Удивлены? Не понимаете, что происходит? Как так получилось, что при моих сложных диагнозах, бесперспективных прогнозах и тяжелой операции я нахожусь на шестом месяце беременности? Я и сама до сих пор пребываю в легком шоке от своего положения. Не верится счастью.