Судьба по книге перемен

Если вы изучали мою биографию, должны были бы знать.

– Разрешите, я буду называть вас Маней?

– Ну, конечно. Так гораздо удобней.

Боль в ноге постепенно утихла, от чая с мятой – арабский вариант – ей стало как-то спокойно и приятно.

Маня тихонько зевнула в ладонь. Волька из кресла перелез к ней на диван и устроился под боком.

– Вы узнали обо мне что-нибудь интересное? – спросил Лев.

– Узнала о тёте. – Маня сонно улыбнулась. – Оказывается, она была склонна рассказывать обо мне посторонним людям и держала на столе слиток золота в виде статуэтки.

Лев раскрыл ладонь.

– Примерно вот такой.

Он ещё что-то говорил, Маня не могла разобрать, что именно. Главной задачей было не заснуть прямо здесь и не свалиться под стол.

– У меня где-то здесь собака, – выговорила она сквозь приятный шум в голове. – Вы нас не проводите? Я боюсь не дойти.

Лев медленно начал подниматься из-за стола, мир как-то сдвинулся, поехал, стал растягиваться, и Маня поняла, что она Гулливер в стране великанов, таким огромным всё стало вокруг.

Больше она ничего не помнила.

Динь-дилинь!.. Динь-дилинь!..

Маня открыла глаза.

В чистые окна лилось солнце, заглядывал улыбающийся Исаакиевский собор, питерское небо простирало во все стороны хрустальные голубые крылья.

Динь-дилинь! Динь-дилинь!

Толкнув сладко спящего Вольку, Маня приподнялась на локте и огляделась.

Что это такое дилинькает, а?..

Оказалось, что звонит телефон в изголовье кровати.

Маня схватила трубку:

– Алло?

– Госпожа Поливанова, доброе утро.

– Я просила?! – поразилась Маня, вернула трубку на аппарат, села в постели и огляделась.

Позвольте, что такое с ней было?

Она упала с лестницы, когда мчалась к Алексу, а оказалось, что он не приехал, и пришлось ужинать со Львом Графом, и он ходил гулять с её собакой и признался, что собирается за ней приударить. Потом она его допрашивала, а… потом что?..

Она опять ничего не помнит! Ей нужно к врачу, срочно! По всей видимости, у неё заболевание мозга.

Вот ужас.

Маня откинула одеяло.

Пижамная штанина закрутилась вокруг ноги, которая за ночь стала похожа на ствол баобаба, налилась синевой и краснотой. Кроме того, на коленке обнаружилась ещё и ссадина. Она слегка кровоточила, белоснежное постельное бельё было заляпано ржавыми пятнами.

– Господи, – проскулила Маня.

Волька моментально кинулся и стал лизать лицо – ежеутренняя процедура приветствия. Маня отпихнула его морду.