Судьба шута

На следующей развилке я свернул направо – мне показалось, что теперь я знаю, где нахожусь.

Однако я ошибся, поскольку попал в лабиринт ледяных туннелей. Вдоль некоторых из них шли ряды дверей, но открыть их мне не удалось. Я начал оставлять свои метки на перекрестках, но вскоре начал сомневаться, что найду обратный путь. Всякий раз я выбирал проход, который казался мне более широким и со следами недавнего пребывания людей.

Следы стали попадаться чаще, по мере того как я спускался все ниже в ледяной город. Теперь у меня не осталось никаких сомнений, что Элдерлинги использовали лед в качестве строительного материала, когда поняли, что бороться с его наступлением невозможно.

Вероятно, сначала они воздвигли свой город из камня, но, когда ледник захватил остров, стали строить жилища изо льда. Вскоре я попал в туннели, где жила Бледная Женщина и ее приспешники, и изящные ледяные строения остались далеко у меня за спиной, а мне стало стыдно за людей.

Теперь я все чаще находил следы пребывания здесь людей.

В углах казарм стояли ведра с помоями. На полу валялись шкуры, служившие постелями. Однако я не заметил никаких примет того, что здесь жили обычные солдаты: ни игральных костей или амулетов, подаренных возлюбленными, ни аккуратно сложенных чистых рубашек для похода в таверну. Здесь все говорило о тяжелой жизни, лишенной всяческого смысла. «Перекованные». В моей душе поднялась волна жалости к людям, потерявшим годы жизни на службе у Бледной Женщины.

Скорее удача, чем память привела меня в тронный зал.

Когда я увидел двойную дверь, меня охватили дурные предчувствия. Именно здесь я в последний раз видел Шута. Неужели его прикованное тело до сих пор распростерто на полу? От этой мысли у меня закружилась голова и перед глазами потемнело. Я остановился и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, дожидаясь, когда пройдет слабость. А потом заставил себя идти дальше.

Одна из высоких дверей была приоткрыта, и оттуда в коридор намело горку снега. Сердце замерло у меня в груди, и я подумал, что, возможно, на этом мое путешествие закончится, поскольку весь тронный зал завален снегом и обрушившимся льдом.

Две трети дверного проема были забиты льдом и снегом. Лишь с большим трудом мне удалось протиснуться внутрь. На несколько мгновений я застыл в неподвижности, завороженно глядя сквозь тусклый голубой свет.

Вся центральная часть потолка рухнула, наполнив середину зала глыбами льда. Тусклый свет исходил от нескольких уцелевших сфер.